| He had translated them quite simply, not without skill, and he had found words which at all events suggested the rough-hewn grandeur of the original. | Он перевел эти стихи с большой простотой, не без умения, нашел слова, которые хоть в какой-то мере давали почувствовать первобытное величие оригинала. |
| The pictures of El Greco explained them, and they explained the pictures. | Картины Эль Греко объясняли эти стихи, а стихи объясняли картины. |
| Philip had cultivated a certain disdain for idealism. | У Филипа выработалось брезгливое отношение к идеализму. |
| He had always had a passion for life, and the idealism he had come across seemed to him for the most part a cowardly shrinking from it. | Он всегда страстно любил жизнь, и опыт подсказывал ему, что идеализм - чаще всего трусливое бегство от жизни. |
| The idealist withdrew himself, because he could not suffer the jostling of the human crowd; he had not the strength to fight and so called the battle vulgar; he was vain, and since his fellows would not take him at his own estimate, consoled himself with despising his fellows. | Идеалист уходит в себя, потому что страшится напора человеческой толпы; у него не хватает сил для борьбы, и потому он считает ее занятием для черни; он тщеславен, а так как ближние не соглашаются с его оценкой самого себя, он утешается тем, что платит им презрением. |
| For Philip his type was Hayward, fair, languid, too fat now and rather bald, still cherishing the remains of his good looks and still delicately proposing to do exquisite things in the uncertain future; and at the back of this were whiskey and vulgar amours of the street. | Для Филипа типичным идеалистом был Хейуорд: белокурый, томный, теперь уже тучный и полысевший, он все еще кичился остатками былой красоты и все еще намекал на то, что в один прекрасный день создаст нечто нетленное, а за всем этим скрывались пьянство и грязные похождения с уличными девками. |
| It was in reaction from what Hayward represented that Philip clamoured for life as it stood; sordidness, vice, deformity, did not offend him; he declared that he wanted man in his nakedness; and he rubbed his hands when an instance came before him of meanness, cruelty, selfishness, or lust: that was the real thing. | Восставая против всего, что олицетворял собой Хейуорд, Филип утверждал жизнь такой, как она есть,- со всей ее грязью, пороками, убожеством; он заявлял, что хочет видеть человека во всей его наготе; когда он сталкивался с низостью, жестокостью, корыстью, похотью, он только потирал руки: ура, вот она, правда жизни! |
| In Paris he had learned that there was neither ugliness nor beauty, but only truth: the search after beauty was sentimental. | В Париже он постиг, что нет ни уродства, ни красоты, есть только правда; погоня за красотой -глупая сентиментальность. |
| Had he not painted an advertisement of chocolat Menier in a landscape in order to escape from the tyranny of prettiness? | Разве он не нарисовал когда-то рекламу шоколада "Менье" на пейзаже, чтобы не поддаться произволу красивости? |
| But here he seemed to divine something new. | Но вот теперь он, кажется, разгадал что-то иное. |
| He had been coming to it, all hesitating, for some time, but only now was conscious of the fact; he felt himself on the brink of a discovery. | Он приближался к нему исподволь, робко и только сейчас это осознал; он смутно чувствовал, что находится на пороге какого-то открытия. |
