| She hated him sometimes, and she longed to humble him; but she found herself singularly powerless; she did not know which way to handle him. | Порой она его ненавидела, ей до смерти хотелось его унизить, но она чувствовала себя совершенно беспомощной: она больше не имела над ним власти. |
| She began to be a little nervous with him. | Понемногу он стал действовать ей на нервы. |
| Once or twice she cried. | Разок-другой она поплакала. |
| Once or twice she set herself to be particularly nice to him; but when she took his arm while they walked along the front at night he made some excuse in a while to release himself, as though it were unpleasant for him to be touched by her. | Разок-другой постаралась быть с ним особенно ласковой; но, как только она брала его под руку, когда они прогуливались по вечерам вдоль пляжа, он находил какой-нибудь предлог, чтобы освободить свою руку, точно ее прикосновение было ему противно. |
| She could not make it out. | Все это казалось ей просто непостижимым. |
| The only hold she had over him was through the baby, of whom he seemed to grow fonder and fonder: she could make him white with anger by giving the child a slap or a push; and the only time the old, tender smile came back into his eyes was when she stood with the baby in her arms. | Она сохраняла некоторое влияние на него только благодаря ребенку, к которому он, по-видимому, все больше и больше привязывался: стоило ей шлепнуть или толкнуть девочку, и он белел от злости; былая нежность появлялась в его глазах только тогда, когда он видел ее с ребенком на руках. |
| She noticed it when she was being photographed like that by a man on the beach, and afterwards she often stood in the same way for Philip to look at her. | Она это заметила, когда ее снимал фотограф на пляже, и потом часто брала при Филипе ребенка на руки. |
| When they got back to London Mildred began looking for the work she had asserted was so easy to find; she wanted now to be independent of Philip; and she thought of the satisfaction with which she would announce to him that she was going into rooms and would take the child with her. | Когда они вернулись в Лондон, Милдред стала искать работу, которую, как она уверяла, совсем нетрудно было найти. Теперь она не хотела больше зависеть от Филипа; она предвкушала, с каким торжеством объявит ему, что переезжает от него в собственную комнату и забирает ребенка. |
| But her heart failed her when she came into closer contact with the possibility. | Но, когда дошло до дела, у нее на это не хватило духу. |
| She had grown unused to the long hours, she did not want to be at the beck and call of a manageress, and her dignity revolted at the thought of wearing once more a uniform. | Она отвыкла от долгого рабочего дня, ей не хотелось быть на побегушках у заведующей, и все ее нутро бунтовало при мысли, что ей снова придется надеть форму. |
| She had made out to such of the neighbours as she knew that they were comfortably off: it would be a come-down if they heard that she had to go out and work. | Соседям она объяснила, что они с Филипом люди состоятельные; она уронит себя в их глазах, если станет известно, что ей пришлось поступить на работу. |
| Her natural indolence asserted itself. | Сказалась и ее врожденная лень. |
| She did not want to leave Philip, and so long as he was willing to provide for her, she did not see why she should. | Она и не думала уходить от Филипа: к чему это, пока он согласен ее содержать? |
| There was no money to throw away, but she got her board and lodging, and he might get better off. | Правда, с деньгами у них было туговато, но кровом и пищей она была обеспечена, а его дела могли измениться к лучшему. |
