| Though he knew them by heart Philip read over and over again the details in his text-book of medicine of chronic bronchitis in the old. | Филип снова и снова перечитывал в своих учебниках, как протекает бронхит у стариков, хотя и знал это уже наизусть. |
| A severe winter might be too much for the old man. | Дядя мог не вынести первой же суровой зимы. |
| With all his heart Philip longed for cold and rain. | Филип молил бога, чтобы настали холода. |
| He thought of it constantly, so that it became a monomania. | Мысль о дядиной смерти его просто преследовала, она превратилась в своего рода манию. |
| Uncle William was affected by the great heat too, and in August they had three weeks of sweltering weather. | Жара тоже была вредна дяде Уильяму, а ведь в августе солнце три недели пекло немилосердно. |
| Philip imagined to himself that one day perhaps a telegram would come saying that the Vicar had died suddenly, and he pictured to himself his unutterable relief. | Филип с надеждой думал о том, что в любой день может получить телеграмму о внезапной кончине священника, и представлял себе, какое невероятное облегчение он тогда почувствует. |
| As he stood at the top of the stairs and directed people to the departments they wanted, he occupied his mind with thinking incessantly what he would do with the money. | Стоя на верхней площадке лестницы, направляя покупателей в нужные им секции, он развлекал себя мыслями о том, что он сделает со своими деньгами. |
| He did not know how much it would be, perhaps no more than five hundred pounds, but even that would be enough. | Он не знал, сколько их окажется - наверно, не больше пятисот фунтов,- но даже и этой суммы будет достаточно. |
| He would leave the shop at once, he would not bother to give notice, he would pack his box and go without saying a word to anybody; and then he would return to the hospital. | Он сразу уйдет из магазина - и предупреждать никого не станет, просто сложит свои вещи в чемодан и исчезнет, не сказав ни слова; потом он вернется в институт. |
| That was the first thing. | Это прежде всего. |
| Would he have forgotten much? | Много ли он перезабыл из того, что знал? |
| In six months he could get it all back, and then he would take his three examinations as soon as he could, midwifery first, then medicine and surgery. | Не важно, за полгода он все восстановит в памяти, а как только подготовится, сдаст последние три экзамена - сперва акушерство, затем терапию и хирургию. |
| The awful fear seized him that his uncle, notwithstanding his promises, might leave everything he had to the parish or the church. | Внезапно его охватывал безумный страх: а вдруг дядя, несмотря на обещания, завещает свое имущество приходу или церкви? |
| The thought made Philip sick. | При одной мысли об этом Филип становился сам не свой. |
| He could not be so cruel. | Нет, дядя не может быть таким жестоким! |
| But if that happened Philip was quite determined what to do, he would not go on in that way indefinitely; his life was only tolerable because he could look forward to something better. | Но, если бы это случилось, Филип знал, что ему делать: он не хочет тянуть постылую лямку до бесконечности: жизнь его была терпимой лишь потому, что он мог ожидать чего-то лучшего. |
| If he had no hope he would have no fear. | Если надежда исчезнет, уйдет и страх. |
