Узнав в трубке знакомый голос, Игорь официально представился и кратко разъяснил, что необходимо останки убитого предать земле и, чтобы не затягивать, он обещает сегодня же направить необходимое разрешение следствия в бюро судебно-медицинской экспертизы.
В ответ он услышал:
– Мне же обещали, что тебя отстранят от следствия, почему ты мне звонишь и нервы треплешь? Значит, меня твои начальнички за дурачка держат. Уверяли, что уголовное дело продолжат и будут искать настоящих убийц, а тебя уволят за нарушения законности и конституции.
– Ну, пока не уволили, – как можно спокойнее отозвался Игорь, – ведь останки вашего брата похоронить требуется, а то как-то не по-христиански выходит.
– Про Бога он вспомнил! – с сарказмом сказал потерпевший, – а как взятку у меня вымогал? Забыл?
– Вы, гражданин, поаккуратнее выражайтесь. Все телефонные разговоры у нас записываются, так недолго и за ложное обвинение ответить, – припугнул Сергей, хотя про запись разговоров ему пришлось просто соврать.
– А ты мне не угрожай. Ты меня снова до инфаркта довёл. Сейчас буду «скорую помощь» на дом вызывать и жалобу новую напишу, и всех вас на чистую воду выведу.
– Ладно, вы меня услышали. Но, видимо, не до конца поняли, поэтому я пришлю вам официальное письмо по поводу захоронения, – решил завершить бесполезный разговор Игорь.
И письмо, насколько возможно вежливое и в щадящих выражениях, он действительно в тот же день отослал.
Ответом на письмо явилась эта самая телеграмма, которую Игорь очередной раз прочитал вслух. Текст был краткий: «Выехать похороны родного брата не состоянии прошу похоронить заочно».
Набрав телефонный номер судмедэксперта Реброва, Игорь сказал:
– Приветствую вас! Это Климов из следствия побеспокоил. Удобно сейчас переговорить?
– Привет, Игорёк, чего так официально? Что-то случилось, чего я не знаю?
– Скандал случился с этим, мать его, потерпевшим. Новую жалобу посулил настрочить на меня. А всё из-за этой расчленёнки, которая так тебя беспокоит. Вот послушай, что он мне прислал, – Игорь прочитал Реброву текст телеграммы и ехидно поинтересовался, – ты опытный в этих делах, скажи: как я «заочно» труп похороню?
– Да ты не кипятись. Просто рассматривай телеграмму как документ, которым потерпевший соглашается на захоронение. Давай мне своё разрешение, а я напишу в коммунхоз, чтобы погребли за счёт бюджета, как невостребованный труп, в общей могилке, – со свойственным ему профессиональным цинизмом ответил Ребров.
– Хорошо, уговорил, – сдался Игорь, – сейчас напечатаю и пришлю.
Но этому мирному плану оформления похорон не удалось сбыться. Игоря вызвал руководитель следственного отдела Сорокин.
Едва Игорь вошёл к нему в кабинет, Сорокин скомандовал:
– Игорь, времени нет! Давай быстро собирайся, садись в машину и выдвигайся на 25 километр московской трассы. Там на осмотре работает следственная группа из областного управления. Двойной огнестрел в автомашине. Мне звонил руководитель областного управления – они считают, что пошла серия по подмосковным дорогам – это уже третий или четвертый случай. Распорядился подключить от нас толкового следователя, поэтому не подведи, поезжай на место, найди там старшего и включайся. Я, может быть, попозже сам подъеду. Ну, что стоишь?
– Так я же у вас отстранённый, – обиженно напомнил Игорь.
– Забудь, работать надо. Не тяни, – отрезал Сорокин, – одежду тёплую возьми и сапоги резиновые, там, судя по всему, надолго.
Игорь, махнув рукой на все обиды, побежал к себе вниз, радуясь возможности сменить архивную пыль на живое громкое дело.
Примерно за километр до нужного места дорога оказалась забита полицейским транспортом. Несмотря на начало рабочего дня, на обычно не сильно загруженной трассе стала накапливаться пробка. Проходящие машины еле-еле ползли, а водители вытягивали шеи, чтобы своими глазами рассмотреть какие-нибудь подробности, а потом в красках изложить друзьям свою, многократно приукрашенную версию событий.
Игорь приткнулся на обочине и показал пытавшемуся его отогнать дорожному полицейскому своё служебное удостоверение. Прямо в машине переобулся в резиновые сапоги, прихватил тёплую служебную куртку с капюшоном, папку с бланками и направился к эпицентру событий.
Его легко можно было определить по двум – трём возвышающимся над толпой папахам из серого каракуля. Это означало, что место происшествия почтило своим присутствием высокое руководство.
Игорь намётанным глазом по синим курткам, озабоченному виду и стопкам бумаги в руках определил своих коллег – следователей и, подойдя, представился:
– Калашинский следотдел, старший следователь Климов, прибыл для участия в осмотре.
– Привет! – отозвал невысокий плотный человек с золотыми полковничьими погонами, – я старший по особо важным делам областного управления Попов. Давай включайся. Сначала глянь место убийства, а потом я нарежу задачи. Хорошо, что ты экипирован, а то наши кабинетные специалисты по хозяйственным расследованиям понаехали чуть ли не в домашних тапочках, а тут местами ещё снегу по колено.
