– Видите ли, друзья, то о чём вы просите, очень серьезно, мы не можем ручаться за вашу безопасность, и я лично просто не советовал бы вам проходить в дом пока не рассветёт, там отключено электричество и совершенно темно – по возможности спокойным голосом ответил Игорь.
– Это не ваша забота, вы обязаны нас допустить прямо сейчас, у нас мощный автономный осветитель. Если не пустите, мы будем жаловаться вашему областному начальству, – продолжал напирать старший репортёр.
– Я ещё раз говорю, что в темноте проходить в дом очень опасно, вы рискуете собой, прошу подождать до рассвета, тем более, немного уже осталось, – увещевал Игорь, с удовольствием понимая, что придётся уступить.
– Не учите нас работать, – был ответ.
– Ну что же, запомните, я вас предупреждал, что ходить не надо, – сдался Игорь.
Репортёры с гордо поднятыми головами проследовали к калитке и наткнулись на сержанта, который тоже попробовал остановить их, но его не удостоили даже ответом.
Подсвечивая фонариками, съёмочная группа двинулась к дому.
Сержант встревоженно обратился к Игорю:
– Беды бы не было…
– Мы предупреждали, что нельзя, – коротко ответил Игорь.
Все обратились в слух.
Неосвещённый дом поглотил репортёров, как сказочный дракон. Ни стука, ни возгласа оттуда не донеслось. Игорь понял, что хитроумная ловушка вновь сработала безотказно. Он растолкал заснувшего в тёплом салоне «Альмеры» Петровича и объяснил, что имеется свежий улов.
Гуськом вся компания, прихватив сержанта, направилась к дому и снова воспользовалась окном вместо дверей.
Игорь громко позвал:
– Ау, ребята, вы где?
Из подпола неслись неясные звуки, похожие на матерные ругательства. При помощи автора изобретения щит подняли и помогли мокрым и продрогшим репортёрам вылезти наружу. Несмотря на жестокое испытание, они продолжали сжимать в дрожащих руках один осветительную лампу, а второй видеокамеру. Вымазанные глиной и испуганные репортёры жаждали мщения и накинулись с упрёками на Игоря, утверждая, что он устроил провокацию, из-за которой они едва не погибли и чуть не угробили дорогущее оборудование. Игорь всё отрицал, а когда скандал стал набирать обороты, угрожая перейти в рукопашную, просто включил запись своего телефонного диктофона, из которой объективно явствовало, что он-то как раз их останавливал и предупреждал об опасности. Его версию поддержали Куницын и сержант.
В пылу острой полемики никто не заметил, как прибыло начальство и уже топталось на крылечке. Остановили их в последнее мгновение, когда нога идущего впереди руководителя следственного отдела Сорокина уже была занесена над коварными половицами. Среагировав на предупредительный крик, прибывшие отпрянули от западни. Петрович укрепил щит штырем и распахнул дверь в коридор. Осторожно ступая, как по тонкому льду, и придерживаясь за стены, начальство смогло пройти внутрь.
В доме стало тесновато, а от грязной намокшей одежды репортёров и душновато. Начальство выслушало репортёрские претензии и строго отчитало Куницына, как старшего по званию и отвечающего за порядок на месте происшествия. Он принял выволочку как должное и невинно поинтересовался:
– Так ребятам можно начинать съёмку?
Те сразу встрепенулись, как старые эскадронные лошади при звуках трубы, забыв о вреде, причинённом грубиянами их драгоценному здоровью. Обиды уступили место профессионализму. Нежная аппаратура была протёрта полотенцем, которое любезно предоставил Петрович, которому впервые в жизни предстояло давать интервью. Хозяин от этой новости явно переживал больше, чем от вторжения киллеров, но покорно ввинтил на место электропредохранители и, включив в доме освещение, приготовился сниматься. Дабы им не мешать, все незадействованные в съёмке, неловко толкаясь, вышли из дома.
Начальник полиции Кустов, отозвав следствие в сторонку, начал слушать доклад Куницына. Игорь вставлял реплики по ходу пьесы. Все понимали, что необходимо срочно задерживать Гапоненко. Теперь Кустов уже пожалел, что, стараясь получить положительный телерепортаж, он явно поторопился с его организацией. В утренних новостях о задержании киллеров скажут, но услышит это не только областное руководство, но и Гапоненко. А если учесть его подготовку и навыки, то его, скорее всего, придётся искать по всему миру. Решили, что на захват Гапоненко в Москву сейчас же поедут Игорь и Евгений, который с дороги свяжется с операми из областного главка и успеет их озадачить. Не теряя времени, отправились в путь.
Работать в Калашине с задержанными киллерами досталось ребятам из отдела уголовного розыска и старшему следователю Белову, которого среди ночи поднял Сорокин. Им предстояло официально оформить их «чистосердечные признания», чтобы придать законность предстоящему задержанию Гапоненко.
В утренних сумерках подъезжали к Москве. Только-только начинало светать, как это бывает осенью в пасмурные дни. Придорожные кусты из черных сделались серыми и почти сливались с цветом низкого неба. С востока горизонт посветлел, но ни единый лучик солнца не пробивал плотные облака.
