-- Я сегодня-же вечеромъ напишу къ матушкѣ, продолжалъ лордъ.
-- Конечно напишите, милый Фредерикъ!
-- И я увѣренъ, что она тотчасъ-же къ вамъ пріѣдетъ.
-- Я приму ее какъ свою мать и буду нѣжно любить ее всю жизнь! воскликнула съ жаромъ Лиззи.
Тутъ женихъ опять поцѣловалъ ее въ лобъ, въ губки и нѣжно простился, обѣщая быть у нея во что-бы то ни стало въ среду.
-- Леди Фаунъ! проговорила Лиззи, оставшись одна.-- Это далеко не такъ звучно, какъ леди Эстасъ. Но за то у меня будетъ мужъ и я буду женою пэра.
Лордъ Фаунъ въ отношеніи своего долга былъ настоящій Геркулесъ, т. е. не въ смыслѣ лазанья по деревьямъ въ гесперидскихъ садахъ, но въ умѣньи довершить такія предпріятія, которыя въ глазахъ другихъ мужчинъ казались-бы невозможными и откладывались-бы ими въ долгій ящикъ, какъ неудобоисполнимыя. Въ понедѣльникъ утромъ, тотчасъ по полученіи согласія леди Эстасъ, лордъ Фаунъ передъ тѣмъ, какъ ѣхать въ министерство остъ-индскихъ дѣлъ, отправился къ матери въ Фаун-Кортъ. Онъ былъ безупречно честенъ, когда описывалъ финансовое положеніе своихъ дѣлъ той женщинѣ, которой онъ предложилъ руку и сердце. Онъ ничего отъ нея не скрылъ, и хотя она при всемъ своемъ умѣ не была въ состояніи уяснить себѣ совершенно всѣ факты, такъ неожиданно ей переданные, но все-таки она выслушала его настолько внимательно, что онъ имѣлъ полное право сказать впослѣдствіи, если-бы она стала разсуждать объ этомъ предметѣ болѣе обстоятельно, что прежде чѣмъ посвататься, онъ уже заранѣе приготовилъ ее ко всему. Но въ то-же время лордъ Фаунъ не преминулъ навести справки и о дѣлахъ самой леди Эстасъ. Такъ, напримѣръ, онъ нашелъ нужнымъ удостовѣриться: точно-ли покойный мужъ оставилъ ей въ пожизненное владѣніе помѣстье, дающее четыре тысячи фунтовъ дохода. Онъ слышалъ, что ей отказано по завѣщанію восемь тысячъ фунтовъ, но на нихъ онъ не очень разсчитывалъ, предполагая, что леди Эстасъ успѣла уже истратить всю сумму. "Если-же сверхъ ожиданія и осталось что-нибудь отъ этихъ денегъ, думалъ онъ, то я сочту это божіей благодатью".
