Все шло хорошо, какъ обыкновенно. Лошадей было множество -- у каждаго охотника было по двѣ лошади, и кромѣ того за каждыми тремя дамами смотрѣлъ грумъ. Лиззи пожелала взять для себя особаго грума, но ей сказали, что недостанетъ лошади.
-- Мнѣ нуженъ грумъ только для того, чтобъ держать мой флаконъ, непромокаемый плащъ и завтракъ, сказала мистрисъ Карбункль.-- Безъ этого и я взглянуть не захотѣла бы на грума.
-- Удобно иногда, чтобъ отворили калитку, медленно сказала Лучинда.
-- Развѣ это можетъ сдѣлать для васъ только грумъ? спросилъ сэр-Грифинъ.
-- Джентльмэны не могутъ отворять калитокъ, сказала Лучинда.
Сэр-Грифинъ въ прошломъ году такъ часто отворялъ калитки для мисъ Ронокъ, что нашелъ ея слова жестокими.
Лошадей было восемь, и восемь лошадей съ тремя грумами составляли цѣлую толпу. Въ толпѣ айрширскихъ охотниковъ -- гдѣ находились два лорда, двѣнадцать лэрдовъ, двѣ дюжины фермеровъ, столько же дѣловыхъ людей изъ Айра, Кильмарнака, Глазго -- скоро сдѣлалась извѣстнымъ, что между ними находится лэдя Юстэсъ съ своимъ обществомъ. О Лиззи многое уже слышали и наконецъ узнали, что она пожизненно владѣетъ Портрэ. Пошли толки, шептанья и то волненіе, которое появленіе новопріѣзжихъ производитъ на охотѣ. Лордъ Джорджъ зналъ двухъ, трехъ человѣкъ, которые удивились, найдя его въ Айрширѣ, а мистрисъ Карбункль скоро была какъ своя съ однимъ молодымъ вельможей, котораго она встрѣчала въ долинѣ съ барономъ. Сэр-Грифинъ не оставлялъ Лучинду и одно время бѣдная Лиззи чувствовала себя одинокою въ толпѣ.
Кто не знаетъ этого ужаснаго чувства и необходимости страдальца показать, будто онъ не страдаетъ -- что опять портится убѣжденіемъ, что притворство напрасно? Это, можетъ быть, нехорошо для мужчины, а для женщины, которая никогда не должна быть одинока въ толпѣ, ужасно.
Пять минутъ, въ-продолженіе которыхъ всякій говорилъ съ кѣмъ-нибудь -- пять минутъ, показавшихся ей часомъ, Лиззи не говорила ни съ кѣмъ, и никто не говорилъ съ нею. Развѣ для такого непріятнаго положенія тратила она сотни за сотнями и дѣлала долги? Она была увѣрена, что у нея будутъ долги, прежде чѣмъ она разстанется съ мистрисъ Карбункль.
Есть люди, ихъ даже очень много, для которыхъ гостепріимство само-по-себѣ пріятно; но есть другіе, которые всегда разсчитываютъ, стоитъ ли игра свѣчъ. Лиззи наговорили, что она богата -- очень богата для женщины. Конечно, она имѣла право угощать друзей, и если мистрисъ Карбункль и мисъ Ронокъ могли ѣдать на охоту, конечно охота была доступна и для ея средствъ. А между-тѣмъ она тратила много денегъ. Она видѣла большую телегу съ овсомъ, поднимавшуюся на гору къ конюшнямъ Портрэ, и знала, что ей придется много заплатить за овесъ. Въ погребахъ Портрэ нашелся запасъ вина -- которое по ея просьбѣ осмотрѣлъ кузенъ Фрэнкъ;-- но онъ сказалъ ей, что необходимо еще выписать изъ Лондона шампанскаго, ликеровъ и разныхъ другихъ лакомствъ, стоющихъ денегъ.
-- Вамъ непріятно будетъ не имѣть этихъ вещей, когда пріѣдутъ эти люди?
-- О, конечно! сказала она съ энтузіазмомъ.
Она хотѣла дѣлать все, что дѣлаютъ богатые люди, но теперь, въ непріятныя минуты, она сочла все и никакъ не могла понять, какое вознагражденіе получитъ за свои издержки. А что если въ этотъ первый день она упадетъ, не имѣя помощи нѣжной руки, и выбьетъ себѣ передній зубъ!
Но кавалькада начала двигаться и лордъ Джоржъ очутился возлѣ нея.
-- Вы не должны сердиться, если я не стану отставать отъ васъ, сказалъ онъ.
Она любезно улыбнулась ему, говоря, что это было бы невозможно.
-- Потому что, знаете, хотя ничего нѣтъ легче какъ слѣдовать за охотой и съ женщинами не случается ничего, сначала собьешься.
-- Я непремѣнно собьюсь, сказала Лиззи.-- Я совсѣмъ не знаю, какъ мы начнемъ. Мы теперь гонимся за лисицей?
Въ эту минуту они проѣзжали по полямъ чрезъ рядъ калитокъ къ первой норѣ.
-- Нѣтъ еще. Собакъ еще не спустили. Видите этотъ лѣсъ? Я полагаю, станутъ поднимать оттуда.
-- Что значитъ поднимать, лордъ Джоржъ Мнѣ все хочется узнать, а я такая невѣжда. Никто другой не скажетъ мнѣ.
Лордъ Джоржъ далъ ей урокъ и пояснилъ теорію и систему охоты за лисицей.
-- Стало быть, мы здѣсь будемъ ждать, когда лисица выбѣжитъ? Но вѣдь мѣсто широкое, и если она убѣжитъ, а ее никто не увидитъ? Надѣюсь, что она убѣжитъ; такъ было бы пріятно ѣхать спокойно!
-- Многіе этого желаютъ и многіе думаютъ, что было бы пріятно ѣхать спокойно. Только вамъ не надо признаваться въ этомъ.
Онъ продолжалъ урокъ и объяснилъ значеніе слѣда, и какъ затруднительно удалиться отъ охоты, какъ преступно скрывать лисицу, какъ хорошо имѣть тонкій слухъ въ большомъ лѣсу -- какъ вдругъ раздался трижды повторенный звукъ голоса старой охотничьей собаки и скорое, тихое, робкое, тревожное завыванье цѣлой дюжины молодыхъ собакъ, признававшихъ прозорливость извѣстнаго и высокоцѣнимаго старшины.
-- Вотъ лисица! сказалъ лордъ Джоржъ.
-- Что мнѣ дѣлать теперь? сказала Лиззи съ трепетомъ.
-- Оставайтесь на мѣстѣ и закурите сигару если любите курить.
-- Пожалуйста не шутите со мною. Вы знаете, что я желаю держать себя какъ слѣдуетъ.
