-- Развѣ вы думаете, что у меня самой нѣтъ глазъ? Разумѣется, это должно было случиться. Я узнала это съ той самой минуту какъ сэр-Грифинъ пріѣхалъ въ Портрэ. Я такъ рада, что Портрэ оказался полезенъ.
-- О, какъ полезенъ, милая лэди Юстэсъ! Конечно, это должно было случиться вездѣ, потому что на свѣтѣ нѣтъ человѣка, такъ сильно влюбленнаго, какъ сэр-Грифинъ. Это Лучинда затруднялась.
-- Я полагаю, онъ нравится ей.
-- Да, разумѣется, энергически сказала мистрисъ Карбункль.
-- Хотя теперь дѣвушки не очень интересуются мужчинами. Имъ надо выйти замужъ и онѣ выбираютъ жениховъ получше. Она очень хороша собой, а онъ, я думаю, богатъ.
-- Онъ дѣйствительно будетъ богатъ. Говорятъ, что онъ такой прекрасный человѣкъ, когда его узнаешь.
-- Мнѣ кажется, что всѣ молодые люди оказываются прекрасными -- когда вы ихъ узнаете. Что говоритъ лордъ Джорджъ?
-- Онъ въ восторгѣ. Онъ очень привязанъ къ Лучиндѣ, знаете.
Такимъ образомъ это дѣло устроилось. Не прошло и четверти часа по возвращеніи домой, какъ было сказано Фрэнку Грейстоку. Онъ сталъ разспрашивать мистрисъ Карбункль объ охотѣ; она шепнула ему:
-- Помолвлены.
-- Сэр-Грифинъ? спросилъ Фрэнкъ.
Мистрисъ Карбункль улыбнулась и кивала головой. Всѣмъ слѣдовало объ этомъ знать.
-- Итакъ, мисъ, вы приняли его предложеніе? сказала общая горничная Карбункль въ этотъ вечеръ своей младшей госпожѣ.
Мистрисъ Карбункль рѣшила, что это дѣло слѣдуетъ разгласить.
-- Помните, отвѣтила Лучинда:-- что я не хочу ни слова слышать объ этомъ.
-- Я только хотѣла васъ поздравить, мисъ.
Лучинда съ гнѣвомъ обернулась къ дѣвушкѣ.
-- Мнѣ не нужно вашего поздравленія. Довольно. Я могу раздѣться сама. Прошу не приходить ко мнѣ, если вы не умѣете молчать, когда вамъ приказываютъ.
-- Я умѣю молчать не хуже всѣхъ другихъ, сказала субретка, качая головой.
Это случилось послѣ того, какъ всѣ разошлись спать. За обѣдомъ сэр-Грифинъ, разумѣется, велъ Лучинду подъ-руку; но онъ дѣлалъ это постоянно въ Портрэ. Лучинда за столомъ почти не раскрывала рта и ушла спать съ головной болью, когда мужчины, остававшіеся въ этотъ день нѣсколько минутъ долѣе дамъ, пришли въ гостиную. Это сэр-Грифинъ принялъ за обиду, потому что по какому-то особо составленному имъ плану хотѣлъ проститься съ своей невѣстой въ этотъ вечеръ. Если она намѣрена обращаться съ нимъ такимъ образомъ, то онъ просто броситъ ее, и она должна это узнать.
-- Ну, Грифъ, все рѣшено, сказалъ лордъ Джорджъ въ курительной комнатѣ.
Тамъ былъ Фрэнкъ и сэр-Грифину не понравился этотъ вопросъ.
-- Что значитъ по вашему "рѣшено"? Я не знаю, что такое рѣшено.
-- Я такъ думалъ. Вамъ, кажется, сказали? спросилъ лордъ Джорджъ, повернувшись къ Грейстоку.
-- Мнѣ намекнули, сказалъ Фрэнкъ.
-- Чортъ... въ жизнь свою не встрѣчалъ подобныхъ людей, сказалъ сэр-Грифинъ.-- Они, кажется, не имѣютъ понятія, что человѣкъ можетъ желать, чтобъ его собственныя дѣла оставались въ секретѣ.
-- Такія дѣла въ секретѣ не остаются, сказалъ лордъ Джорджъ.-- Женщины позаботятся объ этомъ. Неужели вы полагаете, что онѣ никому не скажутъ, какую добычу имъ удалось поймать?
-- Если онѣ меня принимаютъ за добычу.
-- Разумѣется, вы добыча. Каждый мужчина добыча. Только нѣкоторые мужчины добыча такая плохая, что за ними гоняться не стоитъ. Помиритесь съ этой мыслью, Грифъ, вы пойманы.
-- Нѣтъ, я не пойманъ.
-- И наслаждайтесь удовольствіемъ, что она одна изъ красивѣйшихъ дѣвушекъ. Я же предпочелъ бы вдову. Прошу у васъ извиненія, мистеръ Грейстокъ.
Фрэнкъ просто поклонился.
-- Я просто говорю это оттого, что она гораздо легче ѣздитъ верхомъ. Вамъ будетъ стоить чего-нибудь находить лошадей для лэди Тьюитъ.
-- Я не имѣю намѣренія посылать ее на охоту, сказалъ сэр-Грифинъ.
Изъ этого видно, что баронетъ не отпирался отъ своей помолвки.
На слѣдующій день, въ воскресенье, сэр-Грифинъ, удостовѣрившись, что мисъ Ронокъ не имѣла намѣренія быть въ церкви, также остался дома. Эмиліуса пригласили служить въ ближайшей церкви и все общество отправилось слушать его проповѣдь. Лиззи особенно заботилась не забыть библіи и молитвенника, а мисъ Мэкнёльти пришпилила къ шляпкѣ яркія ленты, какихъ прежде никто на ней не видалъ.
Лучинда, услыхавъ обо всемъ этомъ, сказала теткѣ, что не пойдетъ внизъ пока всѣ не вернутся; но мистрисъ Карбункль, опасаясь гнѣва сэр-Грифина и полагая, что какъ бы, разсердившись, онъ не ускользнулъ отъ нихъ совсѣмъ, сказала нѣсколько словъ, которыя даже Лучиндѣ показались разумными.
-- Если ты приняла его предложеніе, то не должна избѣгать его, душа моя. Тебѣ же худо будетъ послѣ. Притомъ это показываетъ трусость; не такъ ли?
Никакое другое слово не могло вѣрнѣе достигнуть цѣли. По-крайней-мѣрѣ она не выкажетъ себя трусихой.
