Между тѣмъ мистрисъ Гитауэ прилежно разглашала, что Лиззи Юстэсъ или помолвлена за своего кузена Фрэнка, или скоро будетъ помолвлена. Конечно, она дѣлала это съ единственной цѣлью спасти своего брата, но усердіе заставляло ее слишкомъ свободно обращаться съ именемъ Фрэнка и Лиззи. Они, со всѣми своими друзьями, были ея враги и она совершенно была убѣждена, что всѣ они дурные, низкіе люди. О лордѣ Джорджѣ и мистрисъ Карбункль, о мисъ Ронокъ и сэръ-Грифинѣ Тьюитѣ она думала разныя гадости. У нея были свои собственныя предположенія на счетъ брилліантовъ, исторіи -- вѣроятно ея собственнаго сочиненія, хотя она считала ихъ справедливыми -- осносительно образа жизни въ Портрэ, маленькія исторійки о долгахъ Лиззи и важный фактъ -- сцена, которую Гауранъ видѣлъ собственными глазами. Лиззи Юстэсъ была для нея противна имя этой противной женщинѣ ея братъ опять подвергался опасности жениться. Она громко поносила Лиззи и старалась, чтобъ это доходило даже до лэди Линлитго, такъ чтобы бѣдная Люси Морисъ могла знать, какого рода былъ женихъ, на котораго она полагалась. За Анди Гаураномъ было послано и онъ былъ на дорогѣ въ Лондонъ въ то время, когда Гэджеръ былъ занятъ въ Рамсгэтѣ. Главную цѣль жизни мистрисъ Гитауэ составляло теперь желаніе заставить брата увидѣться съ Гаураномъ прежде чѣмъ онъ поѣдетъ на свиданіе съ лэди Юстэсъ.
Бѣдная Люси получила рану, назначавшуюся для нея. Оружіе враговъ безпрестанно поражало ее, но до-сихъ-поръ оно попадало на твердый щитъ ея вѣры. Но какъ бы ни твердъ былъ щитъ, онъ все-таки наконецъ можетъ отъ ударовъ сдѣлаться негоденъ къ употребленію. Щитъ Люси получилъ много такихъ ударовъ и самые тяжелые удары наносилъ тотъ, кому она вѣрила больше всѣхъ. Она не видала его нѣсколько мѣсяцевъ и письма его были коротки, неудовлетворительны и рѣдки. Она увѣряла себя и своего друга лэди Фонъ, что никакое стеченіе обстоятельствъ, ни отсутствіе, какъ бы продолжительно оно ни было, никакіе слухи, дошедшіе до ея ушей, не заставятъ ее сомнѣваться въ любимомъ ею человѣкѣ. Она еще твердо стояла на этой рѣшимости, но несмотря на ея рѣшимость, сердце ея начало унывать. Она сдѣлалась скучна, несчастна, безпокойна и, хотя не хотѣла признаться въ этомъ самой себѣ, она стала сомнѣваться.
-- Итакъ, все-таки вашъ Грейстокъ женится на моей племянницѣ Лиззи Грейстокъ.
Эти добродушныя слова въ одно утро сказала Люси ея настоящая покровительница лэди Линлитго.
-- Я этого не думаю, сказала Люси, собравшись съ духомъ и улыбаясь.
-- Всѣ это говорятъ. А Лиззи сдѣлалась настоящей героиней. Съ этимъ ожерельемъ, съ двумя воровствами, съ охотой, съ ея разными женихами -- два лорда и членъ парламента, душа моя -- кто можетъ сравниться съ нею? Лэди Гленкора Паллизеръ ѣздила къ ней. Она позаботилась дать мнѣ знать объ этомъ. А теперь мнѣ сказали, что она помолвлена за своего кузена.
-- По вашимъ же собственнымъ словамъ, лэди Линлитго, у ней есть еще два жениха. Не можете ли вы сдѣлать мнѣ одолженіе и предположить, что она выйдетъ за одного изъ лордовъ?
-- Я боюсь, душа моя, что она выбрала мистера Грейстока.
Потомъ, послѣ нѣкотораго молчанія, старуха начала серіозно:
-- Какая польза, мисъ Морисъ, не посмотрѣть истинѣ прямо въ лицо? Мистеръ Грейстокъ пренебрегаетъ вами.
-- Онъ не пренебрегаетъ мною. Вы не позволили ему пріѣзжать сюда видѣться со мною.
-- Конечно;-- но еслибъ онъ не пренебрегалъ вами, вы не были бы здѣсь. И вотъ онъ каждый день бываетъ у Лиззи Юстэсъ. Онъ не можетъ жениться на васъ, а на ней жениться можетъ. Гораздо лучше, чтобъ вы взглянули прямо на все это и знали до чего это должно довести.
-- Я подожду -- и не повѣрю ни одному слову, пока онъ самъ не скажетъ.
-- Вы не знаете, каковы мужчины, милая моя.
-- Очень вѣроятно, лэди Линлитго, и можетъ быть дорого поплачусь за это свѣдѣніе. Разумѣется, я могу ошибаться -- только не думаю, чтобъ я ошибалась.
Когда происходила эта маленькая сцена, оставался только мѣсяцъ до того срока, на который Люси поступила къ лэди Линлитго, а относительно ея будущаго мѣстопребыванія не было еще ничего опредѣлено. Лэди Фонъ была готова дать ей пріютъ и, повидимому, она должна была отправиться къ лэди Фонъ. Лэди Линлитго не соглашалась оставить Люси у себя, находя, что ея компаньонкѣ не идетъ быть невѣстой племянника ея покойной сестры. Мѣсяца два ни слова не было говорено о домѣ декана и Люси, хотя ея надежды въ этомъ отношеніи были когда-то тверды, была слишкомъ горда для того, чтобы самой назваться на житье въ семейство ея жениха. По ходу обстоятельствъ ей слѣдовало искать себѣ другого мѣста, какъ всякой другой гувернанткѣ, оставшейся безъ мѣста, но она могла сдѣлать это только посовѣтовавшись съ лэди Фонъ, а если она посовѣтуется съ лэди Фонъ, то та навѣрно пригласитъ своего молодого друга въ замокъ Фонъ.
