"-- Когда вы вторично будете вступать въ бракъ, я исполню что подобаетъ. Только могу увѣрить, что ни у одной изъ моихъ добрыхъ знакомыхъ нѣтъ племянницъ, признанныхъ за дочерей.
"Искренно преданная
"Каролина Гэнбюри Смитъ".
На этомъ кореспонденція и остановилась; даже и мистрисъ Карбункль не въ состояніи была бы вытребовать уплату подобнаго долга судебнымъ порядкомъ, зато она вознаграждала себя ожесточеннымъ поношеніемъ низости мистрисъ Смитъ, разсказывая эту исторію всѣмъ и каждому. Ей въ умъ не приходило, что она говоритъ противъ себя самой, да въ ея кружкѣ и преобладало мнѣніе, что она поступала очень хорошо.
Ловче устроилась она съ богатымъ старымъ мистеромъ Кэбобомъ, котораго несомнѣнно надѣлила множествомъ улыбокъ. Кэбобъ исполнилъ ея требованіе и прислалъ чекъ на двадцать фунтовъ съ запиской, въ которой просилъ мисъ Ронокъ купить вещицу, какую пожелаетъ. Мисъ Ронокъ -- или вѣрнѣе ея тетка -- пожелала кольцо въ тридцать гиней, купила его и послала счетъ къ мистеру Кэбобу, чтобъ онъ доплатилъ. Зная вѣроятно, что ему дешево не могутъ обходиться улыбки, старый богачъ не упоминалъ объ этомъ ни однимъ словомъ.
Лэди Юстэсъ принимала во всемъ участіе и ей это положительно нравилось. Она даже не была раздражена контрибуціей, которую взяли съ нея самой -- хотя она всячески старалась уменьшить ея размѣръ. Вообще людямъ слѣдуетъ быть ловкими; пріятно было присутствовать при искусныхъ хитростяхъ и быть посвященной въ ловкую игру. Она обратилась бы и къ герцогу Омніуму, еслибъ смѣла; не мало торжествовала она, когда получила склянку для духовъ отъ лэди Глэнкоры. Но сама Лучинда никакого не принимала участія въ этихъ продѣлкахъ. Никакія убѣжденія мистрисъ Карбункль не могли побудить ее заинтересоваться ими или чѣмъ-либо въ приданомъ, которое преимущественно дѣлалось на довольно шаткій кредитъ сэр-Грифина и безъ малѣйшаго помысла о бережливости. Мнѣніе свое на счетъ всего этого Лучинда высказывала одной теткѣ. Ни лэди Юстэсъ, ни лордъ Джорджъ, ни даже ея горничная не слыхали ея жалобъ. А между тѣмъ она жаловалась, и сильно.
-- Къ чему все это, тетушка Джэнъ? У меня никогда не будетъ дома, куда бы это помѣстить.
-- Что за вздоръ, дружокъ! Почему же у, тебя не быть дома, какъ у всѣхъ другихъ?
-- Да еслибъ онъ и былъ, я оставалась бы совершенно равнодушна ко всему. Мнѣ эти вещи ненавистны. Очень мною интересуются какая-нибудь лэди Гленкора или лордъ Фонъ!
Даже лорда Фона заставили заплатить дань и онъ прислалъ ящичекъ съ письменными принадлежностями.
-- Эти вещи то же, что деньги, Лучинда; когда дѣвушка выходитъ замужъ, она всегда получаетъ подарки.
--. Да, они имѣютъ смыслъ, когда дарятся тѣми, кто любитъ ее, когда ей бросаютъ эти подарки на колѣни, съ поцѣлуями, радуясь ея счастью, что она выходитъ за человѣка любимаго. О! это должно быть очень отрадно. Еслибъ я выходила по любви за бѣднаго человѣка и бѣдная подруга подарила мнѣ рашперъ, чтобы мнѣ было на чемъ готовить обѣдъ мужу, какъ цѣнила бы я такой подарокъ!
-- Не знаю человѣка, который больше любилъ бы бѣдныя вещи и бѣдныхъ людей, вознегодовала тетушка Джэнъ.
-- Я ничего и никого не люблю.
-- Въ такомъ случаѣ тебѣ лучше принимать все добро, которое тебѣ выпадаетъ на-долю, по-крайней-мѣрѣ безъ воркотни. Сколько трудовъ мнѣ стоило устроить все это для тебя, а какая мнѣ благодарность?
-- Вы увидите, тетушка Джэнъ, что трудились попустому. Я никогда не выйду за этого человѣка.
Однако слова эти тетушка Джэнъ слышала такъ часто, что не обращала вниманія на угрозу.
Мистрисъ Карбункль говорила во всеуслышаніе, что относительно дани невѣстѣ никто не поступалъ великодушнѣе Эмиліуса, моднаго иностранца-проповѣдника, бывшаго еврея, который и теперь собиралъ большое количество слушателей поблизости дома мистрисъ Карбункль. Она правда постоянно посѣщала его богослуженіе и взяла даже мѣсто на тринадцать воскресеній по десяти шилинговъ за разъ. Но денегъ-то она еще не вносила, а Эмиліусъ зналъ какъ нельзя лучше, что если его билеты не будутъ оплачиваться впередъ, то въ его доходѣ окажется значительный дефицитъ. Вообще онъ наблюдалъ въ отношеніи платы величайшую точность и не позволялъ, чтобъ мѣсто отмѣчалось чьимъ-либо именемъ прежде чѣмъ деньги были въ его рукахъ. Только въ отношеніи къ мистрисъ Карбункль онъ не унизился до такой комерческой точности. Она имѣла три мѣста на одной изъ лучшихъ скамеекъ въ самой видной части церкви и никто еще не заикался ей о деньгахъ. Только за одно изъ этихъ мѣстъ лэди Юстэсъ заплатила впередъ. Однако въ одинъ прекрасный день принесли отъ Эмиліуса прелестнѣйшее золотое блюдцо.
"Я посылаю билетъ господъ Клерико, писалъ Эмиліусъ: "на случай еслибъ мисъ Ронокъ пожелала удостовѣриться въ качествѣ металла."
