— Болота Портхэвена ровнее, — ответил Майкл. — А мы
— И мы можем быстро — в семимильных сапогах, — заметила Софи.
Майкл вскочил, преисполнившись облегчения и восторга.
— Думаю, это отличная идея! — воскликнул он, залезая за сапогами. — Пойдемте попробуем.
Они вышли на улицу в Портхэвене. Стояла ясная благоуханная ночь. Однако, как только они дошли до конца улицы, Майкл вспомнил, что Софи тем утром была больна, и начал беспокоиться о том, как подействует ночной воздух на ее здоровье. Софи велела ему не глупить. Она храбро ковыляла вперед, помогая себе тростью, пока они не оставили позади освещенные окна, и ночь стала пространной, сырой и холодной. Болота пахли солью и землей. Море блестело и мягко шелестело в приливе. Софи скорее чувствовала, чем видела, разворачивающиеся перед ними мили и мили ровной поверхности. Видеть она могла полосы низкого голубоватого тумана и бледное мерцание болотных луж — снова и снова, пока они не выстроились в бледную линию там, где начиналось небо. Небо было повсюду, еще более огромное. Млечный Путь выглядел словно полоса тумана, поднявшегося с болот, и сквозь него мерцали яркие звезды.
Майкл с Софи встали, приготовив перед собой по сапогу, ожидая движения одной из звезд.
Примерно час спустя Софи пришлось притвориться, что она не дрожит, поскольку она боялась встревожить Майкла.
Еще полчаса спустя Майкл сказал:
— Возможно, не то время года. Лучше всего август или ноябрь.
Полчаса спустя после этого он обеспокоенно произнес:
— Что будем делать с корнем мандрагоры?
— Давай разберемся с этой частью, а потом уже будем думать об остальном, — произнесла Софи, сцепив зубы, чтобы они не стучали.
Некоторое время спустя Майкл сказал:
— Идите домой, Софи. В конце концов, это мои чары.
Софи открыла рот сказать, что это отличная идея, когда одна из звезд оторвалась от небосвода и устремилась к белой полосе в нижней части неба.
—
Майкл воткнул ногу в сапог и умчался. Софи оперлась на трость и умчалась секундой позже. Вжих! Плюх. Вниз, далеко в болота с туманом, и пустотой, и тускло мерцающими лужами во всех направлениях. Софи воткнула трость в землю и едва сумела устоять. Сапог Майкла темным пятном маячил рядом с ней. Сам Майкл был шлепающим звуком бешено бегущих ног где-то впереди.
И там была падающая звезда. Софи видела ее: спускавшийся белый язычок пламени в нескольких ярдах за темным движением, которое представлял собой Майкл. Яркая фигура спускалась теперь медленно, и, похоже, Майкл мог поймать ее.
Софи вытащила туфлю из сапога.
— Давай же, трость! — ликующе воскликнула она. — Доставь меня туда!
И она устремилась вперед, ковыляя изо всех сил, прыгая через кочки и запинаясь по лужам, не отрывая глаз от маленького белого огонька.
К тому моменту, когда она догнала Майкла, он, осторожно ступая, подкрадывался к звезде, вытянув руки, чтобы поймать ее. Софи видела его фигуру, четкую на фоне света звезды. Звезда дрейфовала на уровне рук Майкла всего в паре шагов от него. И нервно оглядывалась на него. «Как странно!» — подумала Софи. Звезда состояла из света, который озарял белый круг травы, тростника и черных луж вокруг Майкла, и при этом у нее были большие встревоженные глаза, всматривающиеся в Майкла, и маленькое заостренное лицо.
Появление Софи испугало ее. Она ринулась вниз в беспорядочном полете и возопила пронзительным трескучим голосом:
— В чем дело? Чего вы хотите?
Софи попыталась сказать Майклу: «Остановись — она перепугана!» Но у нее не осталось дыхания, чтобы говорить.
— Я только хочу поймать тебя, — объяснил Майкл. — Я не причиню тебе боли.
— Нет! Нет! — отчаянно протрещала звезда. — Это неправильно! Я должна умереть!
— Но я мог бы спасти тебя, если позволишь мне поймать себя, — мягко сказал ей Майкл.
— Нет! — закричала звезда. — Лучше я умру!
Она поднырнула прочь от пальцев Майкла. Майкл ринулся следом, но она оказалась слишком быстрой для него. Она рухнула в ближайшую болотную лужу, и черная вода на короткое мгновение подпрыгнула вспышкой белизны. Затем последовало тихое затухающее шипение. Когда Софи подковыляла, Майкл стоял, наблюдая, как гаснет последний свет маленького круглого комка под темной водой.
— Это было грустно, — сказала Софи.
Майкл вздохнул:
— Да, безумно ее жаль. Пойдемте домой. Меня тошнит от этих чар.
Они потратили двадцать минут, чтобы найти сапоги. Софи подумала, чудо, что они вообще их нашли.
— Знаете, — сказал Майкл, когда они удрученно тащились по темным улицам Портхэвена. — Могу точно сказать, я никогда не смогу разобраться с этими чарами. Они слишком продвинутые для меня. Придется спросить Хаула. Ненавижу сдаваться, но по крайней мере теперь, когда эта Летти Хаттер уступила ему, я смогу добиться от Хаула чего-то вразумительного.
Софи его слова нисколько не подбодрили.
