Цюни любила, когда ей прислуживают. Она всегда отдавала приказы Куйхуа: «Принеси мне стирательную резинку. Моя тетрадь не разлинована. Помоги мне это сделать». Куйхуа всегда послушно выполняла приказы девочки, боясь, что та разгневается. Цюни была мелочной особой. Она не могла смотреть на то, как быстро и красиво Куйхуа выполняла домашнее задание, и часто злилась. Куйхуа вела себя с особой осторожностью. Выполнив свое задание, она сидела в стороне и не хвасталась, что все сделала. Если у Цюни были вопросы, Куйхуа не говорила: «Я могу это сделать». Но она помогала ей, если Цюни просила о помощи. После того, как Куйхуа помогала подруге выполнить задания, она не вела себя, будто она очень умная, а, наоборот, проявляла некоторую неуверенность в своих размышлениях. Она медленно объясняла что-то Цюни и в ее речи можно было почувствовать некоторое сомнение и желание обсудить мысли.
Иногда были такие задания, которые Цюни выполняла первой. Тогда она самодовольно спрашивала Куйхуа:
– Ты сделала это задание?
Куйхуа всегда ей отвечала так:
– Я еще не сделала.
Цюни подходила к ней и с гордым видом показывала, как делать задание. И тогда она говорила:
– Ты действительно глупая!
Услышав такие слова, Куйхуа не ссорилась с девочкой. Она иногда даже льстила Цуйхуань и Цюни.
Однажды учительница раскритиковала домашнее задание Цуйхуань и Цюни на уроке и перед всеми порвала их тетради. Если бы все закончилось на этом, то все было бы хорошо. Но учительница, взяв опрятную тетрадь Куйхуа, открыла ее и, спускаясь с кафедры, продемонстрировала детям:
– Посмотрите-ка на домашнее задание Куйхуа! Вот как надо его делать!
Куйхуа опустила голову.
Поужинав, она думала о том, идти ли ей делать домашнее задание к Цуйхуань и Цюни или нет.
Стемнело. Дома не было света. После разрушения дома по вечерам в хижине семьи Цинтуна не жгли лампу. Они ужинали в темноте и засыпали в темноте. Но сегодня вечером действительно нужно было выполнять много домашних заданий!
Подумав немного, Куйхуа сказала своим родным:
– Я пойду к Цуйхуань поиграю немного.
И девочка вышла из хижины.
Дойдя до дома Цуйхуань, она обнаружила, что дверь в ее дом была заперта. Куйхуа постучалась в дверь.
– Мы уснули, – сказала в ответ на стук Цуйхуань.
Но Куйхуа увидела через щель в двери Цуйхуань. Она сидела и делала домашнюю работу. Куйхуа не стала больше стучать. Опустив голову, она побрела по улице. Она не хотела идти и к Цюни, поэтому пошла в сторону дома. Пройдя немного, она снова вернулась на дорогу, ведущую к дому Цюни. Она решила для себя, что сегодня вечером обязательно должна сделать домашнюю работу.
Дверь в дом Цюни не была заперта.
Постояв немного в дверях, Куйхуа зашла в дом.
– Цюни, я пришла, – сказала Куйхуа.
Цюни будто не услышала, что говорит Куйхуа, и продолжала сидеть и делать домашнюю работу. Куйхуа увидела, что рядом со столом стоит свободный табурет, и хотела сесть на него.
– Скоро моя мама будет сидеть здесь и шить подошву для обуви, – сказала Цюни.
Куйхуа постояла некоторое время в растерянности, не зная, что дальше делать.
– У вас дома нет света? – не поднимая головы, спросила Цюни. – У вас всегда не будет света?
Куйхуа, держа в руках тетрадь для домашней работы, быстро покинула дом Цюни. Она бежала к своему дому по длинной улице. Девочка не выдержала, и слезы хлынули горячим потоком.
Она не сразу вернулась домой. Куйхуа села на каменную мельницу под огромной софорой у входа в деревню. Несколько лет назад она сидела на этой каменной мельнице, потом ехала верхом на буйволе домой. Она подняла голову и посмотрела на огромную софору. Был летний день. На ветвях софоры распустились листья. По неизвестной причине Куйхуа хотела обнять огромную софору и плакать. Но она этого не сделала. Она со слезами смотрела на чистое небо и луну над софорой.
Цинтун пошел искать Куйхуа. Он сначала пришел к Цуйхуань. Через дверь он услышал, как мать Цуйхуань укоряла свою дочь.
– Почему ты не открыла Куйхуа? – спросила мать Цуйхуань у своей дочери.
– Я не разрешила ей пользоваться нашим светом! – ответила дочь.
Кажется, мать дала пощечину дочери, так как Цуйхуань заплакала.
– Я не дам ей пользоваться нашем светом!
– В этом мире больше нет такой хорошей девочки, как Куйхуа! Ты не можешь с ней сравниться ни в чем! – ругала ее мать.
Цинтун подумал: «Куйхуа, наверное, пошла к Цюни». Подходя к дому Цюни, он издалека услышал, что она плачет и кричит:
– Если она бедная, то пусть не учится! Зачем она приходит к нам в дом, чтобы сидеть под нашим светом?
Родители, возможно, тоже поругали и ударили ее.
Цинтун помчался по улице. Он пробежал одну улицу, пробежал вторую и только на входе в деревню под большой софорой нашел Куйхуа.
Она лежала ничком на каменной мельнице и под лунным светом с усердием делала домашние задания.
Цинтун молча стоял позади нее.
Куйхуа наконец увидела старшего брата. Она, одной рукой схватив тетрадь с домашним заданием, подала другую руку старшему брату. Брат с сестрой, взявшись за руки, молча шли вдоль берега реки у входа в деревню. Под лунным светом, похожим на молоко, они шли в направлении своей хижины.