Цинтун потихоньку вставал, а Куйхуа поднималась наверх. Сначала она увидела спины впереди стоящих людей, потом их затылки и в конце концов перед ней открылась освещенная сцена. В тот момент на сцене выступал очаровательный черный медведь. Куйхуа никогда не видела такого животного. Она немного испугалась и двумя руками обняла голову брата.
Куйхуа, сидящая на шее у брата, лучше всех могла разглядеть сцену. Прохладный ветер проносился по головам людей, и Куйхуа чувствовала себя очень комфортно.
Черный медведь был очень прожорливым. Если ему не давали еды, он сидел на земле, не хотел вставать и смешил детей.
Куйхуа внезапно сосредоточила свое внимание на сцене. Она сидела на плечах брата и обнимала руками его голову. Она чувствовала себя уверенно.
Посмотрев выступление с черным медведем, Куйхуа смотрела один за другим номера с маленькой собакой, большой собакой, маленькой кошкой, большой кошкой, а потом выступление собаки и кошки вместе, выступление девочки, которая ехала верхом на лошади… Каждый номер был очень интересным.
Собаки прыгали в горящие кольца, кошки ездили верхом на собаках, акробаты на головах держали множество чашек, стоя на спине лошади. Куйхуа то волновалась, то радовалась от увиденного на сцене. Когда она радовалась, то хлопала рукой по голове брата. Она была настолько увлечена, что давно уже забыла, что сидит у него на шее.
Цинтун держал сестру за ноги. Сначала они были неподвижны, но вскоре Цинтун не мог удержаться на ногах, его тело стало качаться. Он терпел. Позади него еще встали люди, поэтому он был окружен со всех сторон. Ему было сложно дышать. Он был подавлен. Он хотел, неся Куйхуа, протиснуться наружу из этого окружения, но не получалось. Пот лился с мальчика. Перед глазами была темнота. В этой темноте он забыл, что находится на гумне в Даосянду, забыл о том, что Куйхуа сидит у него на плечах и смотрит цирковое выступление. Ему казалось, что он стоит на лодке. Время приближалось к рассвету. В небе еще был туман. На реке дул ветер, а на воде были волны, которые качали маленькую лодку. Вместе с лодкой качались и два берега, деревня и деревья. Он подумал о черной птице, которую он обнаружил в непроходимых для других людей зарослях камыша, когда пас буйвола. Он смотрел на птицу, а она на него. Птица была словно черное привидение. Она то появлялась, то исчезала. Он никому не рассказывал об этой птице. Он подумал о пауке, который сплел большую паутину. Эта паутина была сплетена между тутовником и мелией за их домом. Тот паук был очень красивым. Его окраска была темно-красной. Когда паук останавливался, то был похож на небольшой бордовый цветок. Утром на паутине висели маленькие замершие капли росы. На рассвете паутина и капли росы сверкали ярким светом…
На мгновение голова Цинтуна становилась пустой, а тело – легким. Его тело парило в темноте и не падало.
Этот вечер был самым счастливым для Куйхуа. Несмотря на то, что выступление цирковой группы на самом деле было непрофессиональным, для Куйхуа оно было крайне интересным. Она обнимала голову брата так, как и дерево на берегу, когда весной увидела плавающую птицу рядом с ручьем. Она давно не была так довольна.
Цинтун при помутнении разума внезапно почувствовал легкий ветер, который подул по его лбу. Он краем глаза увидел, что люди расходились. Рядом с ним царил шум и гам. Он услышал звуки, похожие на шум волн. Впереди шел человек, который был похож на ребенка из деревни Дамайди. Это как будто бы был Гаюй. Он неосмотрительно последовал за ним…
Куйхуа была радостной от просмотра циркового выступления. Она, кажется, немного устала и поставила подбородок на голову брата. Она почувствовала запах волос Цинтуна. От них пахло потом.
– Тебе кто больше понравился, черный медведь или черная собака? – спросила Куйхуа своего брата.
«…»
– Мне понравилась черная собака. Она такая умная. Она умнее людей. Она еще понимает слова!
«…»
– Тебе было страшно, когда собака прыгала в горящие кольца?
«…»
– Мне было страшно. Я боялась, что собака не пройдет в кольцо. Я думала, что когда она будет прыгать, ее шерсть загорится.
«…»
Цинтун, покачиваясь, шел по дороге.
В поле в темноте везде можно было увидеть свет керосиновых и электрических фонарей. Было ощущение, что они во сне.
– Брат, тебе все-таки понравился черный медведь или черная собака? – продолжала спрашивать Куйхуа. Она хотела получить ответ от брата. Потом девочка прекратила допрос. Она внезапно вспомнила, что не так давно брат позволил ей сидеть на его плечах и смотреть цирковое выступление. Это было не полчаса назад, а очень давно. Она подумала, что уже прошло много лет с того момента. Она все это время сидела на плечах Цинтуна. Девочка была полностью поглощена просмотром циркового выступления и забыла о старшем брате. Брат давал ей возможность все время сидеть на плечах, а сам стоял на гумне. Цинтуну не удалось ничего увидеть.
Куйхуа посмотрела на туманное поле впереди них и сильно обняла шею своего брата. Ее слезы падали на волосы брата, пропитанные потом.