Потенциальные невесты, готовящие, образно говоря, примерить освободившийся венец герцогини, заволновались. Да тут ещё известный журналист Тедди Тед подлил масла в огонь, всенародно раструбив, а кому-то и напомнив, что, вообще-то, нынешний Архимаг никогда не скрывал своего неравнодушия к «пышечкам». И вот случилось невероятное: на кондитерские, булочные, пиццерии, пирожковые, пончиковые и иже с ними заведения обрушился град небывалых заказов. Казалось, барышни столицы сошли с ума. Если раньше они изводили себя диетами и спортом до изнеможения, то нынче — поголовно рассиживали в кафе, дорвавшись, наконец, до вредных сладостей, отлёживались в пляжных гамаках, не отказывая себе ни в шоколаде, ни в хрустящих куриных крылышках и свиных рёбрышках… Мода на воздушность стремительно пала.
Варя же, тихо посмеиваясь, дружески показывала воображаемым соперницам фигу в кармане, ибо уже шилось чудесное платье для венчального обряда, и обговаривалось меню праздничного обеда, и рассматривался список приглашённых для самой-самой скромной свадьбы… человек на сто пятьдесят, меньше никак. Но, несмотря на пугающие масштабы мероприятия, невеста твёрдо заявила: на свадьбе — никаких дублёрш!
А пока что она каждое утро изучала сводку-отчёт от своего второго «я», проверенный предварительно Эрихом Марией: места посещения, встречи, диалоги, важные сведения о новых знакомых и прочая, и прочая, и прочая… Она даже удачно прорвалась сама к доктору Алексу, и не только в качестве группы поддержки, но и себя, так сказать, предъявить. Ибо с первого же её появления в клинике стала любимейшей и обожаемой пациенткой Александра Розенблюма, для которого возможность курировать уникальное развитие змеемажиков, да ещё и крылатых, было подобно обретению Эльдорадо, Земли Обетованной и всего, что может найти на этом свете учёный медик.
И ещё ей удалось-таки посетить свой дом в Переулке Надежды. Получить целый ворох дизайнеровских проектов и рекомендаций от строительных фирм, умилиться и расстрогаться от внимания Кристофера к её интересам, открыть счёт в банке, назначить собеседования будущим поварам и администраторам, заручиться согласием Мишлена на консультацию при отборе кандидатов… Жизнь даже в законспирированной форме существования била ключом. Страшно представить, какой ураган бушевал бы вокруг Варвары, перейди она на легальное положение.
А тут ещё этот бал-маскарад в честь ненаследных принца и принцессы… Тоже, можно сказать, не развлекательное, а полуофициальное мероприятие, причём, с представителями прессы, ибо именно в этот вечер планировалось объявить о грядущем прибавлении в семействах обоих принцев. И, как апофеоз, о том, что будущий наследник Михаэля — долгожданный новый змеемаг.
Это будет фурор, обещал Эрих Мария.
…Как бы освобождаясь от воспоминаний, Варя тряхнула головой. Протянула Мишлену пустую чашку.
— А теперь са-амого слабенького, а то не усну… Спасибо.
И хитро сощурилась. Была у неё одна мыслишка. Хотите узнать про наши маскарадные костюмы, дражайший Эрих? Узнаете, всему свой черёд. Но только и у нас, русских девушек, есть свои секреты, и не каждому мы их раскрываем. Ибо… как там поётся? Должна быть в женщине какая-то загадка.
И мило покраснела, не совсем к месту подумав, что ей так и так нынешней ночью спать не придётся. И вовсе не по вине крепкого зелёного чая.
Вот чёрт, хочется чего-то кисленького. Гранатов, что ли…
Уже засыпая, она почувствовала, как вокруг ног, нежно стискивая их, обжимая горячим кольцом, обвилось нечто мощное, гладкое, как шёлк, горячее, как печка. И захихикала от щекотки под коленками.
Какой уж тут сон!
— Крис, хулиган ты этакий!
— Ты скоро будешь обращаться ко мне, как к Пачо, — хитро отвечал он, а хвост меж тем делал второй виток вокруг милых ножек Настоящей Женщины.
— Да потому, что оба вы хороши! Только тот озорует в силу возраста, и шутки у него безобидные, а ты…
— А я привык сдерживать свои дикие инстинкты, но ведь не ночью же! — заговорщически прошептал Кристофер Робин. Голос его малость подсел, в нём отчётливо проскальзывали шипящие звуки, но до того сексуальные — такими только и соблазнять… Да уж, пожалуй, можно было понять Еву, не устоявшую перед Змеем-искусителем! Должно быть, она и запрет-то Бога нарушила не каприза ради, а лишь для того, чтобы сделать приятное такому же вот… блудодею с озорными глазами, высунувшемуся из райских кущ с яблочком в пасти. Как ему отказать, проказнику этакому!
Воспользовавшись тем, что он завис над ней, Варвара с удовольствием огладила гладкий торс, покрытый серебристой чешуёй, под которой знакомо перекатывались бугорки мышц. Каждая чешуйка была выпуклая, гранёная, но верхние грани были плоские, а вот в боевой форме — увенчаны шипами. Хорошо, что сейчас они гладкие, как шёлк, водить по ним ладонями — чистое удовольствие, ещё немного — не только она, но и негодник соблазнитель замурлычет вопреки своей змеиной породе и руша шаблоны…
— А вот интересно: здесь у тебя растительность пропадает — а на голове остаётся, это почему?
Кристофер фыркнул.
