Толкнулся пятками, качнув его. Джек поморщился от скрипа деревянных полозьев. Донно закинул голову, закрывая глаза.
— Не сон… то есть сон, да, но зачем он? — настойчиво продолжил Джек.
— Чтобы решить проблемы. Мы запускали старинные чары, «сеть призыва», и они сработали не так…
— Слушай, не надо эту муть повторять, я уже слышал. Я о том, что тебе нужно задуматься. Ты создал все это вокруг, чтобы стало легче. Ты с чего-то решил, что не можешь разобраться сам.
Донно остановился и перевел взгляд на Джека. Тот досадливо скривился в ответ и отвернулся к окну.
— Кажется, раньше было наоборот, — мягко сказал Донно. — Я говорил, а ты подталкивал меня к нужным выводам.
— Неправда. Ты болтал без умолку и жаловался на свою тоскливую жизнь, а у меня уши в трубочку сворачивались. Не переводи тему. Подумай о том, что я сейчас сказал.
— Ты имеешь в виду, что я все это сам сделал? Вообразил эту веранду, тебя и наши разговоры? А на самом деле… я все сам. Придумал, вспомнил, решил.
— Вот видишь, можешь ведь, — с облегчением сказал Джек. — Почему бы тебе и дальше самому не продолжать? Зачем тебе придуманный кокон?
— Потому что защита, — медленно ответил Донно. — Потому что я не знаю, как на самом деле можно жить дальше. Я ничего не могу. Я не такой умный, как Роберт или ты, — Джек задумчиво кивнул, соглашаясь, — у меня не осталось силы, а кому нужен простой фехтовальщик? Разве что идти в патрульные…
— Хреновая защита, — легкомысленно сказал Джек. — Из пустоты. Зачем?
— Что ты вообще в этом понимаешь, — огрызнулся Донно. — Всегда должно быть что-то, за что можно зацепиться. Пусть даже такая хрень, как ты и эта дурацкая веранда.
— Ну спасибо, — фыркнул Джек, нисколько не обижаясь.
Он всегда был толстокожим.
По крайней мере, мало находилось людей, способных пробить его на настоящие эмоции.
— Как будто у тебя не было никогда такого, — устало сказал Донно. Сложно было отрешиться от мысли, что Джек — всего лишь воображаемая фигура в его сне.
— Брось, зачем мне? — отозвался тот. — Я сам по себе прекрасен и всемогущ.
Они помолчали.
— Твою квартиру забрали в муниципальную собственность, — сказал Донно.
Просто так. Не для того, чтобы проинформировать, а чтобы поделиться. С тем местом у Донно было немало добрых воспоминаний — там собиралась их компания, там он познакомился ближе с Энцей.
Джек пожал плечами.
— Да мне пофигу. Я же тебе говорю: мне это все до лампочки.
— А машину забрала твоя сестра, хотя ей пришлось повоевать.
Джек что-то проворчал.
— В той комнате, где жила Энца в общежитии, теперь живет кто-то из преподавателей. Ничего не осталось… только в архиве Унро по-прежнему хранит ваши кружки. И змеи эти воздушные, которые всегда болтаются в небе.
— Какая разница, остались вещи или нет? Память, она в голове, — сказал Джек. — Ты сейчас к чему все это ведешь? Хочешь, чтобы я расчувствовался? Ты еще мне расскажи, что Саган с Анной завели детишек и назвали их в нашу честь. Или что старик Георг приходил плакать под окна флигеля…
— Георг? — переспросил Донно.
— Напарник мой предыдущий, — пояснил Джек. — Ты чего, забыл? Он, наверно, до сих пор не может мне простить свой мотоцикл.
Донно пожал плечами.
— Я не помню, — признался он.
— Когда мы с Энцей были в бегах, он одолжил нам мотоцикл… ну а мы не смогли ему вернуть. Будет бухтеть, ты уж извинись за меня.
— Подожди, — вдруг осекся Донно, — что?.. Как это?
Он вспомнил теперь, как звонил Георгу, и тот возмущенно орал, что Джек скотина, но у него не появлялся.
Джек склонил голову к плечу, раздумывая.
— Тьфу, — расстроился он. — Я прокололся, да?
Они сцепились взглядами и Донно медленно встал.
— А ну иди сюда, паршивец, — сказал он. — И давай рассказывай, что…
— Но-но, — прервал его Джек. — Тебе пора просыпаться.
Спрятанные и найденные
Звонил телефон, и трель его ввинчивалась в голову, разбивая сон, который и так расползался после слов Джека.
— Живой? — сипло спросил вместо приветствий Сова. — Мне позвонила Джеральдина. Мальчишек нашли.
Нашли.
Все-таки нашли.
— Как они? Все в порядке? — спросил Донно. — Где они были?
— Более-менее в порядке. На них чары, они ослеплены, но врачи говорят, это обратимо. Их тогда вывезли из города…
Сова замялся, потом вздохнул.
— Они сами как слепое пятно. Явно ведьмина работа — хитро вывернула так, что они не видят, и их нельзя почуять. Даже нос к носу. Оперативники сказали, что пока не поднялись на чердак, не смогли их обнаружить. Мальчишек видно только глазами, а магическому поиску они не доступны. И… не хватает двоих. Последнего пропавшего и еще одного, из первых. Остальные сейчас в реанимации.
Что-то еще не так было с голосом Совы.
— Сам-то живой? — спросил Донно. — Тоже в больнице? Слышал, что по тебе вчера отдалось. Не понял, это ведьма прицельно по тебе била?
— Не, говорят, просто откатом задело, — отозвался Сова. — Да, в больницу упекли. Хотел ехать, не пустили. Наши поехали, эксперты и прочие. Там у баб дача в пригороде. Пацанов на чердаке держали.
Он назвал поселок, и Донно даже не удивился, услышав его — недавно они с Морген проезжали его, когда ехали к ее родителям. Совсем рядом.
