- В горах есть несколько мест, где вы можете укрыться...
- Как мы доберемся туда с шестью детьми, Элбарт... Здесь же уже наступила зима, везде снег... Выше в горах его будет еще больше... Да и зимней одежды у детей нет...
- Не знаю, Беци, но оставаться здесь очень опасно, даже на один день. Если с вами что-то случится, как я посмотрю в глаза Зелимхану. Он же доверил вас мне. Вручим свою судьбу Аллаху и пойдем.
Женщины растерялись.
- К чему эти разговоры? - прикрикнул на них Бийсолта. - Не будем же мы дожидаться здесь солдат! Быстро готовьтесь в дорогу!
Прежде всего женщины стали готовить детей. Специально для такого дня у них было припасено кое-что из одежды. Овчинные шубки, большие толстые платки и высокие галоши для девочек. Башлыки, черкески, байковые штаны и обувь из сыромятной кожи для Магомеда и Лом-Али. Шерстяные носки и варежки для всех.
С собой они взяли только самое необходимое, как это делали всегда. Собрав в переметные сумы и мешки минимум посуды, немного кукурузной муки и одежду, закрепили все это на спине лошади. Умар-Али и Ахмада женщины взяли на руки.
Узкая тропа то зигзагами вилась по склону горы, то круто поднималась вверх, то скатывалась вниз. Попадались места, где с одной стороны к тропе подступала высокая вертикальная каменная стена, с другой же - глубокая пропасть, от одного взгляда в которую кружилась голова. Здесь от одного неверного шага человек мог сорваться в бездну. Глубокие снега и скользкие льды, то и дело попадавшиеся на пути беглецов, отнимали у них последние силы. Впереди по очереди шли Элбарт и Бийсолта, держа под уздцы лошадь и прокладывая по снегу путь женщинам и детям. За ними пробирались женщины с двумя сыновьями на спинах, за женщинами - Муслимат и Энист. Последними плелись Магомед и Лом-Али.
После двух верст пути дети устали. Они часто останавливались, чтобы перевести дыхание. Через опасные участки Элбарт и Бийсолта переводили их по одному, взяв за руки. Хотя женщины и пытались выглядеть бодро, но было видно, что и они порядком устали. Выкинув кое-что из взятого в дорогу и освободив тем самым переметные сумы, устроили в них Магомеда и Лом-Али. Четырех остальных стали по очереди сажать на лошадь. До вечера преодолели еще одну версту. Ночью идти было невозможно. Выбрав безветренное место, беглецы развели огонь и остановились на ночлег.
Чем выше они пробирались в горы, тем трудней становилось идти. На третий день беглецы добрались до подножия высокой горы. Здесь дорога обрывалась. Это был критический момент: путники не могли продвигаться вперед, не было возможности и вернуться назад. На их счастье, удалось отыскать пещеру, где они свободно могли разместиться. Элбарт и Бийсолта собрали дрова и развели костер. Появление людей распугало прилипших к верхнему своду пещеры летучих мышей. Угрожающе щелкали клювами совы. В углу пещеры нашли уложенную толстым слоем сухую траву. Накормив детей, женщины перенесли траву поближе к костру и уложили их спать. После этого, наскоро поев, устроились на отдых и взрослые.
Дождавшись, пока все улягутся, Бийсолта взял винтовку и вышел разведать окрестности. Ночь была светлая, на безоблачном небе властвовала яркая луна. С трудом взобравшись на ближайшую скалу, Бийсолта осмотрелся. Далеко внизу горели костры - это могли быть только солдаты. Бийсолта вернулся в пещеру, разбудил Элбарта и рассказал ему об увиденном. Они решили до утра не беспокоить женщин. Да и что это сообщение могло изменить. Пути вперед все равно не было.
Утром, когда Беци и Зезаг проснулись, Элбарт и Бийсолта рассказали им о нависшей над беглецами опасности.
- Если бы мы смогли подняться на вершину горы, за нею уже хевсуры, - сказал Элбарт. - Там у Зелимхана много верных людей, они с готовностью приютят нас. Подняться на гору будет чрезвычайно сложно. Но и оставаться здесь опасно. Может, оставим коня здесь, я и Бийсолта возьмем детей на руки... и попытаемся продолжить путь вперед?
Беци и Зезаг посмотрели на еще не проснувшихся детей.
- Элбарт, вы сделали все, что было в ваших силах, сейчас же вы хотите предпринять невозможное, - произнесла Беци. - Спасибо вам за все. Мы никогда не забудем вашу братскую заботу. Мы не в силах идти дальше. Тем более с детьми на руках. Самой старшей, Меди, только четырнадцать лет. Запасы еды уже на исходе. В горах дети погибнут от голода и холода. Лучше уж плен, чем это. Солдаты, наверное, не убьют женщин и детей. На все воля Божья. От судьбы не убежишь. Но если вы останетесь с нами, вас или убьют, или сошлют в Сибирь. Бийсолта, конечно, еще подросток, но на вид и он уже мужчина. То же самое грозит и ему. Да и помочь он нам ничем не сможет. Из наших мужчин в живых остались только Зелимхан и он, ну и эти дети. Поэтому возьми с собой и Бийсолту. А нас солдаты, быть может, и не заметят. И запасов еды у нас хватит дня на два. Мы будем экономить. Найдите Зелимхана и сообщите ему, что мы остались здесь...
Бийсолта сидел молча, уставив глаза на огонь. В его голове кружился целых клубок мыслей - юноша не знал, как ему поступить.
