- Бийсолта, ты что скажешь? - спросил Элбарт. Бийсолта тяжело вздохнул.
- Я не знаю, как мне поступить. С одной стороны, Беци, конечно, права. Оставшись здесь, я ничем не смогу им помочь. Как сказала Беци, солдаты или убьют меня, или заберут с собой. Я не справлюсь с ними. Ладно, уничтожу я десять солдат, сотню. Или погибну еще до того, как успею что-то сделать. И в том, и в другом случае я не смогу хоть чем-нибудь помочь ни женщинам и детям, ни брату. Мне думается, что, выбравшись отсюда и примкнув к брату, я принес бы значительно больше пользы. С другой стороны, я не могу покинуть оставленных под моей защитой Беци, Зезаг и детей. Не могу бежать как последний трус. Люди скажут, что я убежал из страха за свою жизнь. Видит Аллах, я не боюсь смерти. Но и бессмысленно умирать тоже глупо. Я поступлю так, как скажут Беци и Зезаг. Решать им, я не имею права не подчиниться их воле.
Женщины категорически отказались оставлять с собой Бийсолту. Юноша попрощался с невестками, обнял племянников и племянниц и последовал за Элбартом...
Чтобы уже никогда не увидеться с ними...
За голову Зелимхана давно уже была объявлена награда в восемнадцать тысяч рублей. Восемь тысяч из них были выделены из государственной казны, десять тысяч собрали с чеченских аулов. В течение нескольких лет в горах не объявлялось предателя даже за такую огромную сумму. Народ не хотел предавать своего сына, поднявшегося против власти, чтобы мстить ей за угнетение. Народ гордился им и берег его. Предателей хватало и среди чеченцев, но они боялись сдавать Зелимхана. Знали, что их предательство не укроется от народа. И тогда, во-первых, их ждала неминуемая смерть от руки Зелимхана, если он выживет, или от его друзей, если харачойцу спастись не удастся. Во-вторых, они понимали, что народ навеки проклянет их потомков.
Но находятся все же люди, готовые ради денег, богатства или славы не моргнув глазом продать собственных родителей, братьев, жен. Их не пугает ни гнев Всевышнего, ни проклятье народа. Они не думают о своей семье и потомках. Деньги, богатство, слава лишают их разума, зрения и слуха. Именно таким был один из абреков Зелимхана Юсуп, выходец из ингушского аула Даттах. Зелимхан давно не доверял ему, не верил его бегающим глазам. Но Юсуп пока что не попадался на предательстве, а подозрения в любом случае оставались всего лишь подозрениями. Этот самый Юсуп договорился с властями убить своего предводителя и боевого товарища за обещанную награду в 18000 рублей. Но ему не удалось осуществить свой замысел.
По доносу Юсупа власти схватили четырех товарищей Зелимхана из хамхойцев и цоройцев - Эдалгери, Магомеда, Азамата и Мута-Али. Андронников уже три дня допрашивал их в своем штабе. Лица пленников были в сплошных синяках от бесконечных побоев.
Андронников каждый день задавал одни и те же вопросы и получал на них одни и те же ответы.
- Где Зелимхан?
- Зелимхан не останавливается на одном месте, он везде...
- Где его семья?
- Не знаю. Он часто перевозит ее с места на место...
- Говори, где Зелимхан и его семья? Я повешу тебя на первом же суку, плешивая собака!
Их допрашивали по одному. Прибегая ко всевозможным уловкам, пытаясь обмануть. Когда не добивались от них ответов, за дело брались два рослых, сильных казака. Они били их в голову, живот, пах. На первом допросе ноги пленников не были связаны. Цороевец Азамат, получив удар от казака, ответным ударом ноги в живот повалил его. После этого арестантам связали и ноги.
Пленники, измученные пытками и побоями, договорились выдать место, где скрывалась семья Зелимхана. Жизни женщин и детей все равно ничего, кроме ареста, не угрожало, за то их перестали бы пытать. Выбив, таким образом, у пленников информацию о местонахождении семьи Зелимхана, Андронников на время оставил их в покое. Улучив момент, четверо пленников убили охранника и скрылись.
Они быстро нашли Зелимхана и рассказали ему все, не утаив ни одного слова. Первым делом отправились к предателю. Разбудили спящего у себя дома Юсупа, вывели его за аул и расстреляли. Перевернув труп на спину, абреки положили на толстые лошадиные губы Юсупа медную трехкопеечную монету и прикрепили к его груди записку: "Цена предателя - три копейки".
Беци и Зезаг остались одни в этих диких горах с детьми на руках. То ли почуяв в пещере коня, то ли людей, то ли еще почему-то, но по ночам к пещере приходили волки и выли до утра. Солдаты не появлялись. Кончались дрова, заготовленные Элбартом и Бийсолтой, продуктов оставалось от силы на один день. Правда, на самый крайний случай в узелке хранилось немного жареной муки из сушеных диких груш, но это мало утешало. Они не имеют абсолютно никакого понятия, где находятся. О продолжении пути нечего и думать. На обратный же путь нет сил, да и дороги назад они не найдут. Элбарт и Бийсолта сообщат все Зелимхану. Но когда еще они его найдут и когда он найдет их?..
Вход в пещеру занесло снегом. Беци кое-как разгребла его руками и вышла наружу. На ближайшей скале стояли какие-то люди. Женщина заскочила обратно в пещеру.
- Здесь какие-то люди! - закричала она.
