Но самым близким человеком для них в этом чужом краю стала живущая в одной из комнат на втором этаже молодая русская девушка Валентина Михайловна Карташова. Валентина была из Петербурга, родилась и выросла в семье интеллигентов. Отец ее был профессором университета, мать - врачом. Учась на втором курсе исторического факультета университета, девушка подпала под влияние большевистской идеологии. Она распространяла среди студентов научные труды Маркса, Энгельса, Ленина, Плеханова, воззвания большевиков. По чьему-то доносу ее исключили из университета. Валентина принимала участие в революционных событиях пятилетней давности. Позже, став в ряды партии большевиков, она создала нелегальную партийную ячейку среди студентов университета, в котором ранее училась. На девушку опять донесли. При обыске у нее дома нашли революционную литературу. Ее арестовали и сослали сюда.
Валентине Михайловне было двадцать шесть лет. Это была очень красивая худощавая девушка среднего роста со светлым цветом кожи, с коричневыми волосами, какими-то бездонными глазами, длинными, густыми бровями, прямым носом, пухлыми красными губами, с симпатичными ямочками на щеках и подбородке. Ее мягкий, нежный голос хотелось слушать и слушать.
Валентина пересказывала Беци и Зезаг все, что пишут газеты про Зелимхана. Однажды она подозвала к себе Муслимат и Энист.
- Вы обе довольно сносно говорите по-русски. Если мы с вами немного потрудимся, вы будете владеть им свободно. Но вам нужно научиться чтению и письму. Тогда вы сами сможете читать газеты.
Девочки не верили, что они смогут научиться читать и писать. В семье Муслимат называли Бедаг, а Энист - Эни. Валентина же произносила эти имена по-своему.
- Бадик! Аниска! Вы не верите мне? Здесь нет ничего трудного! Даже пятилетние дети овладевают этим в течение трех месяцев. А вы - взрослые умные девочки. Начнем занятия сегодня же. Вместе с вами будем обучать и Магомеда с Лом-Али.
В тот же день Валентина сходила в местную школу и принесла несколько тетрадей, карандаши, мел. На следующий день Николай Трофимович изготовил небольшую доску и покрасил ее черной краской.
Как и предсказывала Валентина, за три месяца дети научились читать и писать. Но успехи не были одинаковыми у всех. Лучше всех усваивала уроки Энист. Магомед и Лом-Али ленились учиться, или, говоря иначе, им все время хотелось играть. Но все равно, мальчики кое-как писали и читали. Муслимат же и Энист через год учебы довольно бегло читали и красиво писали.
Большую часть времени Валентина проводила в чеченской семье. Она беседовала с детьми, поправляла их, когда они произносили русские слова неправильно, давала им читать и писать. Для Беци и Зезаг девушка стала почти членом семьи. Когда эта девушка была рядом, они забывали о своем горе. Но через год им пришлось расстаться. Минусинские власти узнали, что Валентина сблизилась с семьей разбойника Зелимхана. Девушку перевели в Минусинск.
Днем к ним приходили Аркадий Петрович и Николай Трофимович. Они проверяли, не нуждаются ли в чем-либо женщины и дети, кололи дрова, делали что-нибудь по хозяйству и уходили. Ночами же женщины оставались наедине со своим горем. Они были здесь уже год, местные жители относились к ним хорошо, никакой угрозы для себя и детей женщины не чувствовали, но тем не менее на ночь они запирали дверь на засов.
Однажды ночью, когда они уже легли, кто-то тихо постучал в дверь. Беци, Зезаг и две девочки еще не успели заснуть, но они боялись отпирать дверь. Когда стук повторился несколько раз, Энист встала и подошла к двери.
- Кто там?
- Я, - еле слышным шепотом отозвался кто-то за дверью. Голос был странный. Невозможно было определить, кто находится за дверью - женщина или мужчина. Все же Энист показалось, что голос больше похож на женский, нежели на мужской.
- Ночью мы не открываем дверь! - повысила голос Энист.
- Бадик! Аниска!
- Ты кто?
- Я Валя... Открой быстрей дверь, Аниска... Сомнений быть не могло - это был голос Валентины.
Энист отодвинула засов и открыла дверь. Но она сразу же пожалела об этом. Перед ней стоял русский мужик с рыжей бородой и в огромной ушанке. Поняв, что девочка испугалась, Валентина одной рукой сняла шапку, а другой отцепила бороду.
Какое-то время все молчали. Насмотревшись на дорогих для нее людей, Валентина занесла оставленный ею в коридоре мешок.
- Чтобы не идти с пустыми руками, я принесла небольшие подарки, которые могла позволить себе. Я же живу на деньги, которые родители присылают мне раз в месяц. - Гостья развязала мешок и стала выкладывать на кровать подарки. - Это пальто для Беци и Зезаг. Носите по очереди. Валенки и шляпки я принесла для Бадик и Аниски. Шапки и валенки для Магомеда и Лом-Али, они же целыми днями носятся по улице, на холоде. Играют во всевозможные игры, катаются на санках. Конфеты и пряники для Умар-Али и Ахмадика. Чай и сахар - для всех.
Валентина надела пальто на Беци, а на девочек - шляпки.
- Как они идут вам! - восклицала она, обнимая девочек. - Какие вы хорошенькие!
Зезаг стала накрывать стол, но Валентина остановила ее:
