- Хорошо, старик. Сегодня, так и быть, я прощаю тебя. Но если еще раз услышу твое имя, по любому поводу, я отправлю тебя туда, откуда не возвращаются. Свободен... пока.
Али вышел, не попрощавшись с приставом. Следом выскочил Сайд, который стал лебезить перед ним.
- Али, я тут ни причем... Эти безбожники пришли сюда без моего ведома, будь они трижды прокляты!
Али остановился.
- Зачем ты лжешь, Сайд? Разве я похож на ребенка, которого легко обмануть? Они пришли с твоего ведома и по твоей просьбе. Овхад просил вас решить все миром, он предложил учесть мнение обеих сторон, чтобы не допустить того, что случилось сегодня. Вместо того, чтобы послушаться его, вы покинули сход. Почему вы не сказали прибывшему сюда приставу, что аульчане свой выбор уже сделали, что вы согласны с мнением жителей аула и не будете проводить новых выборов?
- Но, Али, как же эти люди смогут управлять аулом, когда никто из них не знает русской грамоты, не ведает даже, где находится Грозный? Почему об этом никто не думает, в том числе ты и Овхад?
- Не справятся, ушли бы сами, или через год народ избрал бы других. Или вы помогли бы. Ваши интриги и жадность разделили аул на два враждебных лагеря! Вам же здесь жить и умирать, эти люди будут вас предавать земле. Вы хоть раз задумывались над этим? Почему вам не стыдно выставлять русских против своих же аульчан. Вы же совершили предательство, подлость по отношению к родному аулу! Вы во всем виноваты, и в первую очередь лично ты!
И Али ушел, не дожидаясь ответа Сайда.
В соседнем с Чечней Дагестане было много алимов, которые обладали глубокими знаниями в области исламской теологии, которые трудились, распространяя эти знания среди верующих, разъясняя им суть веры в Аллаха, наставляя горцев на путь истинный. Некоторых из них хорошо знали в Турции и арабских странах. Многие дагестанские алимы изучали не только теологию. Среди них были философы, математики, астрономы, географы. Несколько дагестанцев преподавали в Петербургском и Московском университетах.
В те времена из чеченцев выдвигалось только один-два человека, основательно знающих исламскую теологию. Один-два за целое столетие. Бесконечные войны, не прекращающиеся здесь со времен шейха Мансура, не давали чеченцам возможность беспокоиться об образовании и науке. До пятнадцати лет мальчики учились в медресе, вернее будет сказать, их обучали арабскому письму. Но на изучение арабского языка времени не хватало. Пятнадцатилетний подросток брал в руки оружие и уходил на войну. Часть из них погибла, а выжившие просто забывали все, чему они когда-то обучались в медресе. Ведь война не заканчивалась за какой-то год или два, она длилась десятилетия.
Вдобавок, даже будь у них возможность продолжить обучение, в Чечне все равно не было преподавателей даже на уровне среднего образования. Во многих населенных пунктах не хватало преподавателей и для начального обучения. Поэтому в годы своего правления имам Шамиль привозил в чеченские аулы мулл из Дагестана, которые давали начальное образование чеченским детям. Этой акцией Шамиль преследовал и другую цель - воспитывать чеченских детей безгранично преданными себе, готовыми воевать и умирать ради него и его дела.
Обучение чеченских детей у дагестанских мулл проходило трудно. Муллы не знали чеченский язык, а дети не знали дагестанский, и это создавало большие сложности. Во-вторых, никто из основательно грамотных или обеспеченных дагестанцев не хотел ехать в вечно воюющую Чечню. Прибывающие сюда преподаватели в большинстве своем не имели знаний даже на уровне среднего образования. В Дагестане, оценивая образованность алимов, о самом слабом говорили: "У него достаточно знаний, чтобы быть муллой в Чечне". Многих из них приводили в Чечню нищета и голод, царящие в их краях. Зерном, которым расплачивались с ними родители обучающихся у них детей, муллы кое-как кормили себя и свои семьи.
Изредка кто-то из выпускников начальных медресе выезжал продолжать образование в Дагестан - Ботлих, Согратлу или Тилитл.
Мусульмане Дагестана делали очень многое для воспитания своих народов в духе ислама. Там было много медресе и высокообразованных преподавателей для углубленного изучения ислама. Они писали на своих языках книги, разъясняющие простым людям обязанности мусульманина, основы шариата и многое другое. В городе Темирхан-Шура работала типография, издающая эти книги на арабском языке и на языках народов Дагестана, алфавиты которых были разработаны на основе арабской графики. Более того, дагестанцы для каждой народности разработали новые адаты, в которых учитывались требования шариата и не противоречащие ему постулаты национальных традиций и обычаев. Каждый представитель данной народности должен был строго соблюдать установления нового адата, за нарушение которых была разработана система карательных мер.
