Буря и пламя полностью

А вот его души она коснулась, как и изуродованного тела, теперь лежащего рядом. О, эта кривая усмешка, сломанный рог, нервное поглаживание ладони большим пальцем в минуты переживаний. Пальцы Эрис легонько дернулись. Да она землю рыть готова, чтобы только его спасти.

Душа ожесточилась. Ее сестры сделали выбор, так что же она медлит? Нельзя спасти всех.

Хватит с нее попыток.

Если кто-то из вас за ним явится, я всех уничтожу ради него.

Эйфория рассеялась, тело отяжелело. Эрис откинулась на подушки.

– Осада только началась, – сжав его руку, сказала она. – У нас чуть меньше месяца на подготовку. Мы спасем тебя и моих сестер. Мне плевать, что будет с советом. Если придется пролить кровь, я готова.

Великан растянулся рядом. Его грудь ходуном ходила, но дыхание постепенно становилось глубже и медленнее.

– Будь я свободен от этого места, может, все не зашло бы так далеко.

– Здорово было бы обрести такую свободу, – пробормотала она, понимая, до чего несбыточны такие фантазии. – Путешествовать, куда только вздумается… Настоящее счастье, лучше и придумать нельзя.

– Согласен, но только если с тобой.

Она придвинулась к нему и подтянула колени к груди. Великан обвил ее за талию.

– Спокойной ночи, – по своему обыкновению пожелал он. Вот только в этот раз уходить он не собирался.

Эрис крепко обняла Чудовище. Скоро колесо времен снова повернется, и война явится к ним на порог, но сегодня – сегодня – великан принадлежит ей.

Эрис то забывалась сном, то просыпалась и ложилась поудобнее, когда затекали ноги или руки. Великан вторил ее движениям, иногда переплетал с ней ноги, иногда поудобнее укладывал руку ей под шею. Иногда они спали лицом к лицу, и он обнимал ее за спину. От него по-прежнему пахло дождем. Эрис наслаждалась теплом постели, представляя, что за окном льет дождь. Ей не хотелось отстраняться от Чудовища, она наслаждалась его прикосновениями, грубой кожей, покрытой выпуклыми рубцами, – наслаждалась, насколько позволяла сонливость.

– Да хватит пинаться, – пробормотало оно посреди ночи и переместило стопу Эрис себе на бедро – до этого она упиралась ему между ног.

– Прости, – проворчала она в ответ и хотела было повернуться к нему спиной, но он обвил ее ногами. Они оба немного поерзали и тесно сплелись, обхватив коленями бедра, а стопами – лодыжки друг друга.

– Нужно будет найти кровать пошире, если так продолжится, – подметило Чудовище. – А то мы вдвоем тут не умещаемся.

Эрис ответила смутным бурчанием и снова провалилась в сон.

В следующий раз она проснулась оттого, что великан изменил положение. Грозные облака за ночь не рассеялись, в них слышалось эхо грома.

– Не уходи, – попросила Эрис, слепо хватаясь за Чудовище.

Он сидел на краю постели, спиной к ней.

– Я все думал о твоих словах, – проговорил великан. В голосе уже не было сонливой сипоты – кажется, он давно проснулся. – Про то, что надо жить в настоящем, а не в прошлом. И не думать, будто всю мою ценность определяет лишь оно. – Чудовище кивнуло на крышу замка. – И тосковать по давно позабытой эре.

Девушка приподнялась на локте.

– Так-так, и что?

– Пожалуй… Пожалуй, если бы тебе хватило сил поднять завесу между мирами и увести меня с этой земли, мы могли бы ее покинуть.

– Ты хочешь, чтобы я сломала барьер, который не пускает тебя наружу? – уточнила Эрис, удивленно вскинув брови.

– Это ведь из-за тебя появилась трещина у подножия скалы. Думаю, тебе под силу надломить и волшебную завесу.

– Но что будет дальше? Если проклятие сохранится, тебя ведь ждет вечная боль, разве не так?

– Я не знаю. Может, она возникает лишь на грани между мирами. А если и завесы никакой не будет, не будет и страданий. В противном случае… На месте решим, что делать.

– А как же эта земля?

Великан скользнул взглядом по стенам обсерватории.

– Я буду по ней скучать. Но здесь я напрасно растрачивал свою жизнь, думая о мести. Пришло время поразмыслить о будущем. Можем отправиться в путешествие, только не в тот самый город, – великан скривился, – а в другие, о которых ты мне рассказывала. Где есть порты и море. Здорово было бы. Главное, чтобы ты была рядом.

Эрис перекатилась к нему, невольно зашипев от боли. На талии у нее осталась целая россыпь алых полос от великанских когтей.

– Ох, я тебя поранил! – воскликнуло Чудовище, заметив царапины.

– Забавное замечание, учитывая, что ты едва меня не убил, когда я вернулась, – насмешливо напомнила девушка.

Великан поморщился и закрыл лицо руками.

– Прости меня.

– Да ладно тебе! – Эрис со смехом обняла его за спину, положила голову ему на плечо, чмокнула в щеку. – Будет что вспомнить!

Великан не рассмеялся в ответ, только сильнее поник и так сильно нахмурился, что на глаза упала тень.