–
–
–
–
– Ничего я ему передавать не буду, – отрезала Эрис. Кровь в ушах стучала до того громко, что почти заглушала трескучие голоса детей. – И что толку от ваших подачек? Тварь использовала моего отца, чтобы отомстить, чтобы истребить весь город. Он все равно бы не выжил, а сестры… – Девушка побледнела. – Короли, помилуйте! Мои сестры… Гнусный лжец…
Не успела Эрис остановить детей, как огонь стал холодным и изумрудным и ураганом взвился под потолок. В дверях застыла огромная грозная фигура Чудовища. По комнате заплясали темные силуэты.
Чудовище потянуло на себя огонь – так дергает поводья всадник, и тот побежал по его руке, а потом исчез. Зеленые шрамы вспыхнули, раскалившись добела, а потом тоже погасли. Великан склонился вперед со стоном – руку свело страшной судорогой, – но у Эрис не было к нему и капли сочувствия.
– Ты их подослал, – прошипела она. – Ты использовал моего отца.
Эрис прочертила ногтями ярко-красные полосы на руке. Всякий раз, когда Чудовище попадало в поле зрения, ее накрывало таким отвращением, что так и хотелось содрать с себя это чувство.
– Довольно лжи! – воскликнула девушка. – Розы мне все рассказали. Ты их подослал, чтобы уничтожить город, так?
Великан схватил себя за руку. Та заметно дрожала.
– Лучше скажи сперва, цела ли ты…
– Ты использовал моего отца, чтобы отомстить, – отчеканила Эрис, пропустив его слова мимо ушей.
– Прискорбно, что так вышло.
– Останови их!
– С какой стати? – рявкнул великан. – Этот твой город – противоестественная мерзость, с которой давно пора свести счеты. Он живет лишь благодаря магии, и в нем нет ни капли правды.
– Мои сестры погибнут из-за тебя! – вскричала Эрис. Мысль о том, что Чудовище не понимает, сколько невинных горожан падут жертвами его мести, приводила ее в ярость. – Останови их!
Великан скрипнул зубами.
– Побочный ущерб, что поделать. Все ради цели, к которой я шел не одно столетие.
– Бессердечный ты изверг! Ну и что ты выгадал, использовав моего отца?! – Девушка вскинула руку и указала на трещины в потолке комнаты. – Пустой замок несуществующих богов. Мир позабыл о тебе, и поделом.
– Будь уверена, я сотру город, который построили мои братцы, в порошок, – сказал великан. – И если в расплату за это мне придется целую вечность прожить в этой пустыне, так тому и быть. – Чудовище тряхнуло головой, глухо усмехнувшись, – казалось, оно не могло поверить, что отмщение наконец свершается. – Я продумывал план несколько веков, потом потянулись семь лет ожидания, и вот наконец я у финальной черты.
Эрис сжала кулаки – так сильно, что ногти вонзились в кожу. Без толку пытаться докричаться до Чудовища. Остается одно – самой призвать розы. Она упала на колени и принялась колотить по каменному полу, повторяя движения, еще совсем недавно пробудившие к жизни огонь, но тщетно. Эрис повторила попытку, только куда яростнее. Кожу саднило, кости дрожали, и вскоре на каменном полу появились кровавые полосы.
Ее боль пробудила в великане тень сочувствия.
– Ну что ты себя калечишь? – сказал он и потянулся к девушке, но та отпрянула.
– А тебе какое дело, Тварь? – спросила она, баюкая окровавленные руки. – Тебе же только и надо, что истребить все живое!
– Я не Тварь, – прошипел великан.
– Не вижу разницы. Ты предал любовь двух королей. Использовал моего отца, чтобы отвоевать былое величие. А теперь и сестер моих убить задумал. Может, уже убил.
– Что это ты вдруг так о них забеспокоилась, – насмешливо спросил великан. – Они же так плохо с тобой обращались. Ты ведь и сбежала из города потому, что родная сестра собиралась бросить тебя в темницу!
– Семья на то и семья, – ответила девушка. – Ты любишь ее, даже если родня делает тебе больно.
Великан сделал несколько шагов назад и переступил порог комнаты. Скрестил могучие руки на груди, усмехнулся с таким вызовом, что Эрис тут же поняла – она его больно задела.
