А что до того было Лосю? Его мысли были не менее тёмны, но более спутанны, чем у Майкла. В голове был не то, что клубок, а целое гнездо дьявольских силков. Какие-то обрывки воспоминаний, отпечатки старых эмоций, слова, непонятно когда, кому и зачем сказанные. Они вроде имели значение для вещей из настоящего, но вроде и нет, раз они с каждым годом стирались, как профиль старой монетки, слишком долго переходившей из рук в руки.
Адский вестник, совершив такое непредвиденное путешествие в мир живых, не стал тратить ни единой минуты попусту и занимался тем, что изучал окрестности и измерение, которое, как он думал, уже когда-то было ему близко.
Детёныш, много лет назад признанный как свой, был совсем не против встреч с ним в застенках древнего замка. Майкл познакомил его со своей подругой Луной. Девчонка хоть и не видела, но чувствовала его присутствие, что приводило её в восторг.
Еще Лося ощутимо нервировал паразит, что крепко вцепился в Паучёнка, как он иногда называл Майкла. Призрачный иждивенец, как выяснил Лось, тянул энергию из ребёнка и из окружения вокруг него. Сам процесс упрощался в близости тех, кто испытывал такие яркие эмоции как страх, паника, нервное напряжение и злость. К сожалению, избавить подопечного от нежелательного пассажира было невозможно без негативных последствий для мальчика. Сам же Майкл пугающе отзывался о паразите в исключительно положительном ключе, называя его Томом, и рассказывал, каким он был хорошим другом и товарищем. Или казался. Лось его невзлюбил, как будто уже раньше с ним когда-то пересекался.
Являясь существом из параллельной пространственной временной вселенной, Лось мог похвастаться не только силой, но и мистическими способностями, как, например, становление невидимым и неосязаемым для всех живых в любой удобный момент. Чем дольше он находился в этом мире, тем больше он замечал за собой такие странные порывы собственной личности, как любопытство. Всё чаще и чаще его накрывали призраки ностальгии, а вместе с ними и странные, неестественные для «нечистых», человеческие воспоминания. Так недавно ему и Майклу повстречался один из местных обитателей замка, которого Лось смутно, но узнавал. Северус Снейп в его поврежденной памяти откликался как совсем другой человек. Он казался ему угнетенным, забитым и нескладным подростком, совсем не похожим на того угрюмого мужчину, впечатление которого производил на живых. Это наводило на мысли, что если Лосю когда-то и случалось жить в этом мире и быть человеком, то это происходило, по меньшей мере, лет десять-пятнадцать назад.
Продолжая изучение Хогвартса, Лось, несмотря на удивление своего подопечного, всё же отдавал предпочтение в созерцании жизни профессора Зельеварения, из-за чего последний стал нервным и рассеянным. Над человеком иногда хотелось подшутить, но не со злости, а скорее от полузабытой древней привычки. Ещё по какой-то странной причине Снейп вызывал у астральной сущности ощущение жалости и непонятно откуда взявшейся вины. А вот кто не вызывал в сознании существа светлого отклика, так это старый дед, повадившийся капать на мозги учителю. У Лося буквально рога зудели от желания оставить от засидевшегося на посту директора старика пару мясных ошмётков и кучку цветастого тряпья.
Северус изо дня в день объяснял директору как умалишённому о необходимости принять меры после появления «чудовища из Тайной комнаты». Что это было за чудовище, Лось понятия не имел, но страх, что ощущал Снейп при его упоминании, и ответная на него халатность, которую демонстрировал Дамблдор, выводила из себя ещё больше. Нетрудно догадаться, почему старый маг стал жаловаться на внезапные пробуждения в промежутке между трёх и четырёх ночи, грохот в своей защищенной высшими чарами обители и быструю порчу продуктов, а особенно любимых лимонных долек.
Из-за всех случившихся мистических событий, которые ощущались детьми, но на которые никак не реагировали учителя и руководство школы, втайне от взрослых началась повальная торговля талисманами, амулетами и прочими оберегами из-под полы. Майкл, узнав от Луны о том, что Невилл Долгопупс был готов потратить немалую сумму на реально действенные артефакты, не побрезговал и тоже смастерил довольно приличного вида чётки. На удивление даже Том признал, что идея имела определённый успех. Это и практика магических способностей, и, к тому же, деньги, коих никогда не бывало предостаточно.
Не успела Луна отнести поделку Долгопупсу, как тут же гриффиндорцы, оценив вещь, попросили смастерить им ещё парочку.
