– У Дадли снова две спальни, а у меня ни одной, – понял Гарри, хотя, по его мнению, кузену давно было пора съехать от родителей. Когда, интересно Дадли начнет сам зарабатывать на жизнь, черт подери?
– И не смей на меня так смотреть, мальчишка! – рявкнул Вернон, не сводя сердитого взгляда с загоревшегося красным светофора. – Мы дали тебе кров, когда больше было некому, и тебе это прекрасно известно! И даже выделили тебе целую комнату! Причем отличную комнату, гораздо лучше, чем ты заслуживаешь, особенно учитывая то, что мы вообще никогда не хотели иметь дело с такими как ты!
– Да, дядя Вернон, – неотрывно глядя в окно, отозвался Гарри. Скорей бы сменился свет. Тогда дядя заткнется и станет следить за дорогой.
– Так или иначе, комната не стала второй спальней Дадли, – объявил Вернон чуть менее враждебно. – Твоя тетя нуждалась в комнате для шитья. Так что мы очистили ее от пола до потолка, избавившись от всего твоего дерьма. И, между прочим, получили от этого огромнейшее удовольствие. Мы даже отдраили старый чулан, чтобы отмыть... оставшийся от тебя запах. И все напрасно! Вот он – явился, не запылился!
– Вы выбросили все мои вещи?
Вернон самодовольно кивнул.
– Все пошло на помойку, и даже не смей жаловаться, слышишь, мальчишка? Ты сам сказал, что больше не вернешься...
– Но что там оставалось? – вынужден был спросить Гарри.
– Разные бумаги, старые книги, игрушки, которые отдал Дадли по доброте душевной...
«Ага, которые Дадли собирался выбросить, а я спас от помойки», – мысленно прокомментировал Гарри.
– ...карандашные огрызки и тому подобное, – подвел итог Вернон.
Гарри даже не посчитал бы это все своим имуществом, однако, если Дерсли уже проделали за него всю работу, то на Тисовой улице делать ему было нечего. И все же...
– Вы уверены, что вы выбросили все до последнего обрывка?
Вернон злорадно ухмыльнулся, двойной подбородок заходил ходуном.
– Даже сменили ковровое покрытие в твоей старой комнате, а Петуния прошлась по ней и по чулану паровым пылесосом и тщательно продезинфицировала. В нашем доме и духу твоего не осталось. Ты нам не нужен, и, слава богу, в доме больше ничто о тебе не напоминает.
Если Вернон надеялся расстроить племянника, то его ожидало горькое разочарование. Гарри был просто счастлив.
– В таком случае, – протянул он, ухватившись одной рукой за рукоятку «Всполоха», – я действительно с вами попрощаюсь.
Вернон наморщил лоб.
– Чего?
– Да вот, передумал возвращаться в Суррей, – спокойно заявил Гарри. – И в этот раз мое решение окончательно, дядя Вернон. Вы никогда меня больше не увидите. Я бы попросил передать привет тете и Дадли, но мне почему-то кажется, что они переживут. Так что... вот. Ну все, прощайте.
Несомненно, вежливей было бы уйти по-маггловски - отворив дверь автомобиля. Однако, к несчастью для Вернона, только что сравнившего племянника с эпидемией, Гарри не испытывал сейчас к дядюшке особо теплых чувств.
Итак, юноша закрыл глаза и воззвал к своей магии, и его втянуло в узкий канал, оканчивающийся на тротуаре, в нескольких метрах от машины.
Наклонившись, он помахал рукой, потешаясь над видом разъяренного выражения лица дяди. Вернон сжимал руль с такой силой, что, казалось, тот вот-вот треснет. Его шея стала кирпичного цвета, когда он обернулся и что-то произнес. Гарри не разобрал слов. Наверно, «скатертью дорога!». Хотя нет, вряд ли. Что-то гораздо более грубое.
Гарри рассмеялся и помахал снова.
Свет на светофоре сменился, и Вернон резко надавил на педаль газа. Пронзительно взвизгнули шины, и автомобиль рванулся с места, оставив Гарри в Лондоне.
Гарри не волновался. Три дня в Суррее представлялись адом, тогда как три дня в Лондоне – великолепной возможностью. Раньше он никогда не путешествовал самостоятельно, не считая нескольких дней, проведенных в "Дырявом Котле" и посвященных хождениям по Косой Аллее. Тогда, подростком, он получил массу удовольствия, однако за свою взрослую жизнь мог похвастаться всего лишь одним визитом в «Маркс энд Спенсер».
Независимость...
Она была у него в руках, по крайней мере, на короткое время.
Лизнув ладонь, Гарри пригладил челку, быстро вытащил палочку и сотворил маскирующие чары для метлы. Оглядевшись, он облегченно вздохнул, когда убедился, что не привлек постороннего внимания.
Широко улыбаясь, Гарри жизнерадостно двинулся вперед. Юноша мало что знал о Лондоне и еще меньше о путешествиях, но все же достаточно для того, чтобы набросать план действий. На ночь он найдет отель, потом где-нибудь поужинает, а по дороге купит путеводитель. У него есть целый вечер, завтрашний день и большая часть субботы, чтобы насладиться свободой сполна.
И Гарри не собирался упускать предоставленной возможности.
Гарри не стал искать гостиницу в районе Кингс-Кросса. Риск наткнуться на волшебника в маггловской толпе был не слишком велик, но все же существовал, а посему он решил, так сказать, бросить якорь в другом месте. К тому же меньше всего ему хотелось быть узнанным.
