Что-то давно Джеда и Натнэса не видно. Если честно, я переживала, отпуская Прядильщика одного с чернокнижником. Последний все ещё подозревал, что ребенок, внезапно свалившийся нам на голову, далеко не тот, за кого себя выдает. И когда Джед утащил Натнэса в грузовой вагон забрать наши вещи, я невольно заподозрила, что сосед что-то замышляет. Но Нэсс покорно последовал за чернокнижником, беззаботно насвистывая что-то себе под нос.
Скажи кому, что этот мальчишка в пять раз меня старше – не поверят.
– Не бойся, тебе понравится, – заверила меня чернокнижница, бросая в окно нетерпеливые взгляды.
Мы были знакомы всего ничего, но я впервые видела Риш такой счастливой. Она словно светилась изнутри: с лица не сходила счастливая улыбка, на щеках появился легкий румянец, а посветлевшие глаза задорно блестели. Правда, рядом с Джедом Риш старалась сдерживаться, но чем ближе была арка внутремирового портала, тем тяжелее ей было справиться с эмоциями. Радость сэнхиси захлестывала нас теплыми волнами, заставляя Добряка сыто щуриться, а Натнэса недовольно ворчать. Ментальному магу было жаль тратить белое пламя, чтобы отгородиться от эмоциональной чернокнижницы. Наверное, поэтому он и сбежал от нас вместе с Джедом.
Села напротив Ришалин и закатала слишком длинные рукава, в которых я не только путалась, но и умудрялась зацепиться за каждую неровность на лавке или стенке кабины. Риш заверила, что все нормально, и в Городе я порадуюсь, что блузка на меня великовата. Но, в конце концов, сжалилась надо мной, одолжив две булавки и широкий пояс, благодаря которому блузка больше не смотрелась на мне бесформенным мешком.
С остальной одеждой повезло больше: я быстро привыкла к широким штанинам брюк, а Риш завязала шарф-платок на моей шее каким-то хитрым узлом и показала, как правильно закрывать им лицо. Сразу видно, что чернокнижница прожила в Городе не один год: её пальцы ловко управлялись с легкой тканью, которая упорно выскальзывала из моих рук, а при попытке завязать в узел неизменно развязывалась.
В общем, к выходу в Город я была готова. Чего не скажешь о Натнэсе, который совершенно не подготовился к путешествию. Но Риш не растерялась, отобрав у Джеда легкую куртку с глубоким капюшоном и пару рубашек с длинными рукавами. «Все ради несчастного ребенка». Чернокнижник был просто «счастлив».
В вагоне наступила странная тишина, и мы с Риш обменялись понимающими взглядами. Судя по тому, как затихли соседи, Джед и Нэсс наконец-то возвращались с нашими вещами.
Не прошло и пары мгновений, как в кабину протиснулся недовольный чернокнижник, нагруженный тремя сумками. За его спиной маячил невозмутимый Прядильщик, с абсолютно пустыми руками. Сосед даже мои вещи Нэссу не доверил.
Добряк недовольно заворчал, и я готова была поспорить, что сейчас демон пристально изучал Прядильщика. Причем далеко не дружелюбным взглядом. Ментального мага, который подчинил его и не позволил броситься на помощь хозяину, Добряк помнил хорошо. Но, что странно, рассказывать обо всем чернокнижникам химера не спешил.
Взгляд демона Нэсс проигнорировал. Забравшись на верхнюю полку, он подполз к окну и замер, поджав под себя ноги. Теперь все внимание Прядильщика было обращено на желто-бурые поля, мелькавшие за окном.
Сгрузив сумки на лавку, Джед смерил меня мрачным взглядом и вкрадчиво спросил:
– Веста, можно тебя на пару слов?
Под ложечкой засосало от дурного предчувствия. Отчаянно захотелось отрицательно покачать головой и спрятаться за спиной Ришалин. Но вместо этого я тяжело вздохнула и последовала за Джедом. Краем глаза заметила хмурый взгляд, которым провожала нас Риш. Но останавливать нас чернокнижница не стала.
Чернокнижник отвел меня в самый хвост «Виверны», в дальний угол грузового вагона. Добраться до него было непросто: все стеллажи были забиты вещами пассажиров и накрыты магическими сигналками. На случай, если кто-то решит прихватить не только свою сумку. И стоило приблизиться к сигналкам, как они начинали недовольно шипеть и плеваться искрами. Одна из них чуть не прожгла дыру на рукаве моей блузки, но я вовремя отшатнулась.
Накрыв небольшую площадку «Пологом молчания», Джед прислонился спиной к пустому стеллажу и скрестил руки на груди:
– Кто он?
Руку обожгло огнем – клятва верности напомнила, что сейчас лучше держать язык за зубами.
– Друг, – буркнула я, силой сжав ноющее запястье.
Тьма, как же я не люблю заклинания на крови. Вечно они просыпаются в самый неподходящий момент и доставляют кучу хлопот.
– А конкретнее? – чернокнижник осекся, смерив мое запястье задумчивым взглядом. Тяжело вздохнул, устало потерев виски. – Ясно, ты не можешь сказать. А проблемы с ним будут?
Очень хороший вопрос. Мне бы кто на него ответил.
– Понятия не имею, – честно ответила я, облегченно выдохнув. Огненное кольцо, сжимавшее запястье, наконец-то погасло. – Но я за ним прослежу. Насколько смогу.
Сомнения, отчетливо прозвучавшие в моем голосе, не прибавили Джеду уверенности.
