– Избави меня боже от драматичных мизансцен! – в притворном испуге воскликнула Настя.
***
Илюшка пошел в садик и садик ему не понравился. Две недели Маша забирала его в одиннадцать утра, стремясь приучить сына к новому этапу в его жизни постепенно, но ничего хорошего из этого не выходило. Едва они приходили в группу, Илюшка начинал плакать. Материнское сердце обливалось кровью всякий раз, когда Маша оставляла сына и торопливо закрывала за собой дверь. Через две недели воспитатели сообщили родителям, что дети более-менее адаптировались и теперь ясельная группа вошла в привычный рабочий режим, так что Маша получила возможность официально вернуться на работу.
Возвращение ее вышло не таким радужным, как представлялось. Первые недели душевного подъема сменились привычной рутиной и суетой. За два с лишним года Маша отвыкла от сидячей работы. Ей было тяжело проводить целые дни за монитором компьютера. Спину к концу дня ломило, а от усталости все чаще болели глаза. Ее угнетала однообразная картина за окном – серые дома, серый асфальт, серое небо – затяжная осень сыпала унылыми дождями и последние краски ноября постепенно выцветали, жухли и облетали последние листья с оголившихся деревьев. Город чем дальше, тем больше погружался в тусклые сумерки, пока, наконец, не настало время, когда бледный свет низкого и холодного солнца появлялся лишь на несколько коротких часов.
Каждый Машин вечер проходил однообразно. Иногда, устав от темноты за окном и навалившихся забот, она бросала все дела и устраивала себе и Илюшке дискотеку. Включала погромче глупые, но заводные песни, и принималась скакать и прыгать под музыку, пока в изнеможении не падала на диван под громкий Илюшкин смех и возмущенный лай Локи.
Однажды выдался особенно утомительный день, и он не заладился с самого утра. Проснувшись около шести часов, Маша принялась за дела, оставшиеся с вечера, за которые, если честно, и не хотела браться. На кухне скопилась гора посуды, по большей части какие-то кастрюли и чашки. Наскоро перемывая их, Маша уже в который раз дала себе зарок подкопить денег и купить, наконец, посудомоечную машину – ежедневная необходимость стоять у раковины выматывала ее больше всего и отнимала уйму времени. Справившись с посудой, она принялась гладить свои и Илюшины вещи на сегодня, потом вдруг вспомнила о необходимости положить в Илюшин детсадовский шкафчик запасные колготки и смену белья, вернулась в комнату и стала в потемках искать их в комоде. Илюша зашевелился спросонья, захныкал, но он мог поспать еще несколько минут, так что Маша тихонько убаюкала его и вернулась на кухню. Здесь она который раз наткнулась на Локи. Тот держал в зубах свой поводок, красноречиво намекая на необходимость выйти с ним на прогулку. Сунув ноги в кроссовки и накинув первую попавшуюся под руку куртку, Маша пошла выгуливать собаку. Очутившись на холодном сыром воздухе, она очень быстро замерзла и не могла согреться еще долго, даже когда вернулась домой и по второму разу вскипятила чайник. Неожиданно она вспомнила, что забыла вымыть голову и последние оставшиеся у нее четверть часа ушли на мытье, сушку и торопливые сборы.
Илюшка капризничал, не хотел никуда идти, а когда она уже натягивала на него верхнюю одежду, заревел в голос и не успокаивался почти до самого детского сада. Времени катастрофически не хватало. Выскочив из дома, Маша свернула с асфальтированных тротуаров во дворы и следующие двадцать минут почти бежала, толкая перед собой коляску, которая дребезжала и прыгала по дорогам, размытым за ночь проливным дождем. Когда она добралась до ясель, уже начинался завтрак. Раздевая впопыхах сопротивляющегося сына, Маша поймала на себе недовольный взгляд воспитательницы, она выглянула на секунду из дверей и процедила сквозь зубы что-то, что очевидно должно было сойти за приветствие. Именно сегодня Илюша вел себя из рук вон плохо. Продолжив утреннюю истерику, он стал кричать в голос и падать на пол. Пока Маша его поднимала, усаживала, стягивала с него комбинезон и переодевала, ей стало ужасно жарко, она чувствовала, как пот течет у нее по спине и единственным ее желанием было как можно скорее выбраться на улицу.
