Мэри разлила чай. Потом достала темный имбирный хлеб и нарезала толстыми ломтями. Фиона откусила кусочек. Хлеб буквально таял во рту, о чем она не замедлила сказать Мэри. А вот чай вызвал у нее желание немедленно вылить содержимое чашки в раковину. Чай был таким же скверным, как и купленный ею вчера. Бакалейщик назвал этот сорт деликатесным. «Помои» – вот как это называлось по-настоящему. Это был третьесортный «конгу» – китайский чай: пресный и безвкусный, будто старый соломенный матрас. На корабле она и Ник подружились со Стюартом Брайсом, который занимался импортом чая и кофе и плыл в Нью-Йорк открывать филиал своей фирмы. Он предупредил их, что в Америке хороший чай еще надо поискать. Фиона завязала мысленный узелок: непременно найти в магазинах индийский чай. Как и все лондонцы, Фиона считала, что чашка крепкого ароматного чая помогает легче переносить жизненные невзгоды.
Мэри размешивала сахар в чашке.
– Не знаю, похвастался ли тебе Майкл, что скоро лишится не только магазина, но и дома. Это ведь и по нам ударит. Возможно, новые владельцы не разрешат нам остаться и потребуют съехать. Не представляю, куда мы отправимся. Майкл брал с нас божескую плату. Ну где еще мы найдем дом с задним двором для растений Алека? Мой свекор – садовник. Когда-то он трудился не покладая рук, а теперь уже стар. Но все равно ухитряется подзаработать несколько долларов то здесь, то там.
В карих глазах Мэри мелькнула тревога.
– Из-за этого мы с дядей и повздорили, – сказала Фиона; она до сих пор содрогалась, вспоминая стычку с Майклом. – Я надеялась работать в его магазине. Со временем хотела открыть свой. Надеялась, дядя обучит меня премудростям торговли.
– Будь у меня деньги, – вздохнула Мэри, – я бы сама расплатилась с этим чертовым банком. Но он задолжал целое состояние… сотни долларов.
– Ваша щедрость ничего бы не дала, – сказала Фиона, разглядывая чаинки. – Я попыталась. Сюда я приехала не с пустым карманом. Предложила дяде заплатить все его долги, но он отказался. – Фиона качнула чашку с невкусным чаем. – Зато отдал мне ключ. И сказал, чтобы я забирала магазин.
В кухне установилась тишина.
– Он дал тебе ключ? – спросила удивленная Мэри.
Фиона посмотрела на нее. В глазах Мэри исчезла тревога. Она подалась вперед, подвинувшись на край стула. Чувствовалось, новость ее взволновала.
– Правильнее сказать, он бросил ключ мне под ноги.
– Девочка, так это же замечательно! У тебя есть ключ и деньги… ты сможешь вновь открыть магазин!
С тех пор как дядя ушел, хлопнув дверью, Фиона думала о том же. Теперь Мэри высказала ее мысли вслух.
– Вы всерьез считаете, что у меня получится?
Мэри наклонилась и зажала ладонь Фионы между своими.
– Да! Ты же сама говорила, что хочешь иметь магазин. Так бери дядин!
– Мэри, я ничего не смыслю в торговле. Вдруг я все только напорчу?
Маятник настроения Фионы качался между горячим желанием попробовать и страхом провала.
– Нет, Фиона. Не напортишь. Знаю, у тебя все получится. Ты девочка смышленая. Чего не умеешь – тому научишься. Когда Майкл начинал, он тоже ничего не знал. Пришлось учиться.
Вся затея была чистым безумием. Фиона рисковала потерять деньги. Но с того момента, как она подняла ключ, ей захотелось попробовать. А вдруг сработает? Что, если сработает на редкость удачно? Фиона сохранит магазин, семья Мэри останется на прежнем месте. Она убережет дядю от судьбы уличного бродяги, а себя – от фабричного ада.
– Наверное… я должна пойти в банк и поговорить с тем, кто занимается дядиным домом, – неуверенно произнесла Фиона. – Правда, я никогда не была в банке и даже не знаю, с чего начинать. Может, там и слушать меня не захотят.
– Держу пари, что захотят. Аукцион – это всегда лотерея. Можно выиграть, а можно вчистую потерять вложенные денежки. Уверена: банк предпочтет, чтобы ему продолжали платить по закладной. Мы сделаем все, что в наших силах. Правда, Иэн? – (Тот энергично закивал.) – Мы поможем тебе отмыть и отчистить магазин. Я присмотрю за Шейми и выстираю занавески. Иэн, мы же не хотим съезжать с этой квартиры? – (Иэн замотал головой, и тут они услышали, как внизу хлопнула дверь.) – Алек возвращается. – Он тоже тебе поможет. Сделает цветочные ящики для витрин. Молли собиралась украсить витрины цветами. Хотела, чтобы к весне появились цветы… Фиона, ну скажи «да»! Решись на этот шаг!
– Хорошо, Мэри, я согласна!
Мэри подбежала к Фионе, обняла, без устали повторяя, что у нее все получится и магазин превратится в конфетку. Кухонная дверь открылась. Вошел пожилой мужчина лет шестидесяти с лишним. Его одежда, хотя и поношенная, была чистой, выглаженной и аккуратно заштопанной. Из-под твидовой шапки выбивались седые волосы. Седой была и его борода. Фионе сразу понравились его добрые серо-зеленые глаза.
– Мэри, сегодня у нас рыбный обед, – радостно сообщил он с таким сильным шотландским акцентом, что Фиона с трудом поняла его. – Первосортная рыбешка.
– Отец, – упрекнула его Мэри, – убери свою добычу, пока вся кухня не пропахла. У нас гости.
