- Неужели, можно лишь до поры до времени сдерживать этого коварного зверя внутри себя только усилиями общественного надзора? А стоит только этой связи с обществом ослабнуть или разорваться вовсе, стоит только человеку попасть в критические обстоятельства вдали от дома, встать на грань выживания, и его мерзкое звериное нутро тут же выползает наружу? И ничего с этим нельзя поделать?
Кита Мукерджи сокрушённо покачала головой, хватаясь ладонями за горящие щёки.
- Нет! Ты не права! - возразила ей Дэйси. - Не все же становятся такими, как Эвид! Только слабые духом, обычные люди. Но их всегда ведут вперёд герои – когорта отважных первопроходцев! А иначе наше общество давно бы скатилось в бездну...
Штурман посмотрела на меня и глаза её сухо блеснули.
- А что сейчас на Земле делают с такими преступниками, как Эвид? - спросил Рэй Скэлиб. - Изгоняют с Земли, как в наше время?
- Иногда. Обычно их психику лечат. Но если усилия психиатров не помогают подвести к осознанию, тогда приходится прибегать к долгому и тяжёлому процессу решетчатой трансформации личности, - ответил я.
- Не нужно горячиться, друзья! - вмешался в разговор Павел Зарев. - Давайте не будем рубить с плеча. Не забывайте, что ещё вчера эти люди были нашими товарищами. Да, в какой-то степени они преступили закон и они заслуживают за это справедливого наказания. Но ведь все они не превратились в наших врагов! - Начальник экспедиции внимательно осмотрел присутствующих. - Задумайтесь, имеем ли мы с вами право здесь, и сейчас судить их за совершённые преступления?
- О чём ты говоришь, Павел? - воскликнул Юс Полар. - Кто же, как не мы имеем право, судить их? Вспомни параграф шесть Устава Звёздных экспедиций: «В особых случаях, когда есть реальная угроза жизни экипажа корабля или членов исследовательской экспедиции, вся полнота власти переходит к капитану корабля или начальнику экспедиции»! - процитировал пилот наизусть. - Мы обязаны любой ценой – заметь, любой! – предотвратить эту угрозу. Мы с вами являемся сейчас здесь единственными представителями Закона Трудового Братства. Разве сейчас не чрезвычайная ситуация? - Полар вопросительно посмотрел на Павла Зарева.
- С натяжкой, да, - неохотно согласился тот.
- С натяжкой? - с ещё большим жаром воскликнул пилот и недоумённо оглянулся на капитана корабля.
- Действительно, - вступила в разговор Дэйси Свит. - Почему же с натяжкой? Разве посягательство на честь и достоинство людей не равноценно посягательству на саму их жизнь? Разве не так нас учили на Земле? Согласно Уставу, у нас есть два представителя власти – и капитан корабля, и начальник экспедиции. А, значит, мы имеем полное право, судить их! Откуда в тебе такая нерешительность, Павел?
Девушка недоумённо и едва ли не гневно посмотрела на Зарева.
- Подожди, Дэйси! - вмешался Рэй Скэлиб. - В чём-то Павел прав. Ведь перед нами не просто преступники. Если вдуматься, это слабые духом люди, не выдержавшие испытания Внеземельем. В этом их трагедия... И, в какой-то степени, в этом и их наказание.
- А что обо всём этом думает наш гость? - неожиданно спросила Кита Мукерджи, пристально глядя на меня. - Ведь он тоже представитель Закона!
Я сразу же ощутил себя в центре всеобщего внимания.
- Если бы я всё ещё имел полномочия сотрудника Охранных Систем, то вершить правосудие пришлось бы мне. Ведь здесь произошло намеренное убийство... Но пережитое мною многому меня научило. Я понял, что судить людей – не означает бездумно рубить их головы с плеча. Ведь все они продолжают оставаться нашими братьями и сестрами. Думаю, самым правильным в данной ситуации будет отправка Эвида и всех, кто занимает его сторону, на Землю.
- На Землю? - недовольно фыркнула Дэйси. - Где мы, а где Земля!
- А что? - задумчиво проговорил Павел Зарев. - Возможно, это действительно станет правильным решением! - Он немного лукаво посмотрел на меня. - Вы о чём-то хотите спросить меня, Максим?
- По правде сказать, да. Мне до сих пор непонятно, как вам удалось посадить корабль на планете и остаться в живых. В лагере всех вас давно считают погибшими.
- В самом деле, - улыбнулся Зарев. - Мы выслушали вашу историю, и ничего не рассказали о себе. Надеюсь, вы нас простите за это? Итак, как нам удалось спастись? Поистине чудом! Хотя я и не верю в чудеса, но ситуация тогда оказалась настолько критической, что иначе, чем чудом наше спасение назвать нельзя.
