- Сразу же после столкновения с астероидом главные двигатели нашего корабля вышли из строя, - сообщил Рэй Скэлиб. - «Чёрный Гром» так же получил несколько крупных пробоин на корме, и машинные отсеки были заблокированы аварийной системой. К счастью, управление посадочными двигателями осталось в наших руках, и корабль не ушёл к солнцу, как полагали наши товарищи. Мы попали в поле притяжения планеты. Более того, нам удалось посадить ракетолёт, предварительно сбросив на поверхность планеты несколько аварийных контейнеров с запасом всего необходимого для жизни в условиях чужого мира. Мы совершенно не знали, какие условия ожидают нас здесь, поэтому спасение наших товарищей могло оказаться равносильно смерти – более длительной и страшной...
- Да, что ты ему объясняешь! - махнул рукой Павел Зарев. - Он же сам всё прекрасно понимает! Я прав, Максим? Кидаешься с головой в неизвестность, где тебя может ожидать что угодно. Такие случаи бывали, и не раз. Из-за оплошности или трагической случайности люди вынуждены были садиться на неисследованные планеты почти вслепую. У них, как и у нас, просто не было времени на то, чтобы провести хотя бы общую локацию поверхности или спектральный химический анализ состава её атмосферы. И на, казалось бы, спасительной планете их ждали ядовитые газы, разъедавшие защитные металлы и керамику. Бывало такое. Или, скажем, топкое болото, в котором бесследно исчезали целые корабли вместе с экипажем, рискнувшие сесть на выглядевшую с высоты устойчивой поверхность. А то и сонмы смертоносных бактерий и вирусов нападали на людей, не имевших против них никакой защиты. Иногда, в обитаемых мирах, полчища хищных зверей, ядовитые растения, моллюски и много-много другого, что даже трудно себе представить, угрожало людям Земли. И всё же надежда на спасение оставалась даже тогда. Так было и с нами. Не знаю, как для других, а для меня те часы показались самыми страшными в жизни...
Павел Зарев замолчал, задумчиво глядя перед собой. Наверное, он сейчас заново переживал трагические минуты аварии. Молчали и его товарищи, ставшие серьёзными и хмурыми.
- Вот собственно и всё о том, как нам удалось не погибнуть в недрах красного солнца, - снова заговорил начальник экспедиции, взглянув на меня. - А дальше... Дальше были три года борьбы за жизнь здесь и попытки восстановить корабль. Поначалу эта задача казалась всем нам просто невыполнимой. Нас осталось только шестеро из пятнадцати человек экипажа корабля. К тому же первый штурман Дэв Торрес был тяжело ранен в голову и грудь. Кита долго боролась за его жизнь, но спасти Торреса так и не удалось. Через две недели после посадки нас осталось пятеро.
- Павела также тяжело ранило в голову, - сообщила Кита Мукерджи. - Мне с большим трудом удалось вытащить его из объятий смерти.
- Это точно! - скромно улыбнулся Зарев и задумчиво потёр шрам на лбу. - Спасибо Ките! Она выходила меня. Я провалялся в беспамятстве очень долго. Во время аварии находился в кормовом отсеке, и куском обшивки мне едва не снесло полголовы... Ну, да что там вспоминать! - махнул он рукой и продолжал: - Так вот, представляете наше тогдашнее положение? Корабль разбит, ни связи с Землёй, ни надежды на спасение. О судьбе товарищей нам тоже ничего не было известно. Мы знали, что они должны находиться где-то неподалёку от нас, но где именно и живы ли? Нашли ли они контейнеры, сброшенные нами? Ответов на эти вопросы у нас не было.
- Мы пробовали попросить помощи, связаться с ближайшей к нам станцией дальней космической связи, но у нас ничего не получилось, - сообщил Юс Полар. - Теперь-то я понимаю всю бессмысленность этих наших попыток. Ко всему прочему, мы оказались ещё и выброшенными из своего времени. Вряд ли кто-то мог услышать нас тогда.
Первый пилот грустно усмехнулся.
- Был даже такой момент, когда нас всех начало охватывать отчаяние, - честно призналась Дэйси. - Но потом мы твёрдо решили для себя – нужно во что бы то ни стало починить наш корабль, найти товарищей и вместе покинуть эту планету.
- Мы ввели железную дисциплину и строгий распорядок работ, - подтвердил Зарев. – Всем было трудно, не скрою, но иначе в такой ситуации просто нельзя. Вопрос стоял очень просто: или жить, или умереть. И вы знаете, Максим, всё сразу стало получаться! Мы залатали пробоины, восстановили терморегуляцию корабля, и принялись за починку двигателей.
