Отсюда, с почти восьмисотметровой высоты причудливая, сильно сглаженная эрозией и временем приземистая гора, возлежавшая в шестнадцати километрах на севере, действительно казалась загадочным лицом неведомого гиганта, взиравшего на звёзды с холодным безразличием владыки этого мёртвого мира.
Мы находились с ней почти на одном уровне, и мне хорошо был виден нижний уступ, отделявший широким закруглённым валиком остальные части «Лица» от окружающего ландшафта. Мощные «надбровные дуги» и выступающий контур «скул» плавно переходили во вздымающийся «подбородок», протянувшись на два с лишним километра с северо-запада на юго-восток. Действительно, грандиозность этого рукотворного чуда вызывала трепет и уважение к сотворившим его когда-то неизвестным зодчим.
Я повернулся в другую сторону.
Вершина пирамиды была разрушена какими-то грандиозными силами ещё в незапамятные времена. В нескольких шагах от меня зияло громадное отверстие, из непроглядной темноты которого вздымалась цилиндрическая мачта подъемника. По краям этой дыры, усыпанным бесформенными осколками камней, кое-где можно было заметить чудом сохранившиеся остовы квадратных столбов или массивных колонн, очищенные от многометрового слоя песка и пыли. По их расположению нетрудно было представить, что когда-то здесь находилось нечто вроде открытой террасы или обзорной площадки.
Я посмотрел на запад. Там нагромождения причудливых скальных образований, среди которых без труда угадывались ещё две пирамиды, действительно казались разрушенным и давно покинутым жителями городом. Ленты сияющих зелёных огней размечали здесь широкие «коридоры» и квадратные площадки, на которых работала разнообразная землеройная техника. Точки людей с блестящими на солнце защитными шлемами двигались в разных направлениях, устанавливая лёгкие световые мачты в тех местах, где им показывали их товарищи, ощупывавшие местность при помощи небольших локаторов. Несколько таких световых «коридоров» протягивались в сторону марсианского «Лица» и «Купола», а один проходил почти у самого подножья пирамиды.
Я добавил увеличение, и на внутренней стороне стекла шлема стали хорошо видны четыре небольшие юркие машины на гусеничном ходу, снабжённые манипуляторами с ковшами. Они двигались по дну глубокой траншеи, сверху казавшейся широкой голубой лентой, взрывавшей охристую окалину окружающего ландшафта. За прозрачными колпаками кабинок, отлитых из прочного волокнистого стекла, угадывались очертания людей, сидевших за рычагами управления. Операторы споро и ловко управлялись с мощной техникой, и отвалы тёмного песка быстро росли по краям траншеи.
Чуть дальше, у большого куполообразного кургана, заключённого в ячеистый каркас из металлических балок и трубок, двигалась группа из четырёх человек в лёгких скафандрах, поднимаясь по отлогой возвышенности. Похоже, люди несли детали какого-то механизма. У одного в руках была связка толстого кабеля. Другой, осторожно шагая по камням, нёс на плече странный цилиндрический предмет в кожухе. Отсюда, с высоты пирамиды, он напомнил мне ствол старинной пушки. Ещё один из этой группы держал подмышкой некое подобие штатива или подставки. Шедший впереди человек нёс блестящий металлический чемоданчик, легко и непринужденно прыгая с камня на камень.
Вот он остановился на самой высокой точке подъема у края тёмной ложбины и взял в руки небольшую светящуюся планшетку, висевшую у него на груди, словно сверяясь с каким-то планом или картой. Подошедшие сзади товарищи терпеливо ждали. Человек с планшеткой что-то сказал одному из них — тому, что нёс замысловатый цилиндр — и указал рукой на север, показывая направление. Второй согласно кивнул, опуская свою ношу на большой камень, и заглядывая в планшетку первого.
Мне стало интересно, о чём они говорят. Я настроился на волну их радиосвязи и услышал звонкий голос. Оказалось, что говорившей была женщина, уверенно отдававшая команды своим помощникам.
— Нужно расчистить коридор в этом направлении, сто метров строго на север. Согласно карте раскопок, завтра здесь будет вестись сканирование. Сейчас установим плазменную пушку, а после придётся немного поработать руками. Техника пока вся задействована на других направлениях, а нам нужно успеть до заката избавится от всех этих камней.
— Что опять насыпать вагонетки и толкать плечом? - раздался насмешливый и слегка возмущённый голос одного из этой четверки. - Мы не для того сюда добровольцами пошли…
— Что, что? - оборвала его женщина, решительно поворачиваясь к говорившему. - Ах, не для того? Тогда можете добровольцами и отсюда! - Она сделала красноречивый жест рукой. - У нас в организационном комитете ещё пять тысяч добровольцев дожидаются своей очереди. Плакать о вас не станем!
— Ладно, ладно вам, Дара, - поспешно вступил в разговор ещё один доброволец, делая примирительные жесты руками. - Надо так надо. Мы к любому труду готовы. Ивор просто погорячился. Правда, Ивор? Просто он всегда мечтал быть великим археологом, но забывал при этом, что труд землекопа так и остался неотъемлемым спутником этой профессии.
