— Но и мне тоже пора уходить. Начали мы довольно поздно, да и задержались дольше, чем это было необходимо. Было приятно с вами познакомиться, мисс Лидия, — улыбнувшись, Марк склонился над рукой Лидии, прикасаясь к ней губами. Она, к удивлению и искреннему изумлению Гарри, вовсе не была против подобного. Странно. Мерлин, как же странно.
Погрузившись в раздумья, Гарри не заметил, как Марк подошёл совсем близко к нему, слишком близко.
— И с вами, Гарри. Я действительно был рад увидеть вас.
Марк растерянно осмотрелся по сторонам, словно в поисках чего-то, чего найти никак не мог. Раздосадованный, он усмехнулся и собрался было что-то сказать, но внезапно взгляд его наткнулся на цветок в петлице. Вытащив его, он покрутил цветок в пальцах, задумчиво рассматривая его. Прищурившись, словно что-то оценивая, прикидывая, он кивнул каким-то своим мыслям и протянул цветок Гарри.
— Пусть это будет напоминанием для вас, — чуть склонил голову он, — о нашей встрече.
Ещё раз улыбнувшись, он развернулся.
— Постойте, — неожиданно для самого себя остановил его Гарри, придержав за руку. Когда Марк остановился и заинтересованно искоса глянул на него, он сбивчиво спросил: — Мы… мы знакомы?
Долгое время Марк молчал, внимательно разглядывая его, затем покачал головой и, не сказав больше ни слова, покинул зал, а затем и кафе.
Уже была глубокая ночь, и тишина медленно, но верно обволакивала пространство вокруг Гарри. Лидия, казалось, была погружена глубоко в себя и свои мысли, и ничего вокруг для неё просто не существовало. Фениксы тихо курлыкали, будто переговаривались. Гарри, как завороженный, подошёл ближе к клетке и, осторожно протянув руку, распахнул дверцу. Они недоверчиво косились на него. С опаской, но в то же время любопытно, как будто подобное обращение было для них новинкой.
Первым навстречу ему пошёл красный. Медленно и неуверенно, он всё же выбрался из клетки и вспорхнул, усевшись на неё сверху. Он смотрел на Гарри — пристально, изучающе, словно решал, стоило ли ему доверять. Взлетев, феникс в мгновение ока оказался на его плече, крепко вцепившись в него когтями. Неужели решил, что стоило?..
— Твой брат такой ублюдок, Лидия, — неожиданно даже для самого себя сказал Поттер, легонько поглаживая феникса по перьям. — Но, знаешь, вы похожи. Сильно, так сильно, что почти неуловимо.
Она усмехнулась.
— Надеюсь, это был комплимент по поводу того, что я так же красива, как и он.
Снова молчание, будто сам мир устал и хотел теперь только одного — отдыха и долгого сна. Чёрный феникс теперь сидел на дверце клетки, ревниво поглядывая на собрата, льстиво льнувшего к Гарри. Заметив это, Поттер протянул руку, предлагая и ему познакомиться поближе, но тот, вздёрнув голову, отвернулся, выказывая этим своё пренебрежение. Гордый, насмешливо подумал Гарри. Гордый и независимый, совсем как хозяин.
— Забирай их, — раздался голос Лидии, показавшийся в тишине ночи раскатом грома. — Забирай их себе. Вы, кажется, поладили.
— Нет. В смысле, нет, я не могу, Лидия. После всего, через что ты сегодня прошла…
— Я получила то, что хотела, — перебила его она. — Они мне не нужны. Забирай.
— Лидия…
— Забирай, или я выпущу их на волю.
Совесть не позволяла Гарри, чтобы такие прекрасные создания оказались в одиночестве в этом жестоком и холодном мире, но гордость не позволяла и забрать их. Вся эта ситуация была до страшного запутанной, и Гарри не знал, как поступить. Но Лидия, кажется, всё решила за него.
— Это благодарность, и ты просто не можешь не принять её, потому что это будет совсем не по чести.
— Я верну всё до последнего галлеона… — эта идея захватила Поттера: так он мог и не поранить свою гордость, и забрать фениксов с собой, и сделать их теми, кем они должны были быть.
— Делай, что хочешь, но, Мерлина ради, забирай их! — в голос Лидии закрадывалось раздражение.
— Хорошо. Тогда нам, пожалуй, нужно идти, — Гарри улыбнулся, заметив, как фениксы, будто поняли, о чём он говорил, забрались обратно в клетку.
— Да, конечно, — рассеянно отозвалась Лидия. — Доброй ночи.
Закрыв клетку, Гарри поднял её и прижал к груди.
— Доброй ночи, Лидия, — улыбнулся он. Радость распирала его, как ребёнка, получившего такого долгожданного и такого на протяжении долгого времени запрещаемого родителями котёнка.
— Гарри, — окликнула она его. Поттер остановился и развернулся вполоборота. — Спасибо тебе.
Он кивнул и, прижав клетку ещё крепче к себе, аппарировал.
