Дверь отворилась медленно, как в каком-нибудь ужастике, впуская в кафе сумрак и прохладу уже вступившей в свои права летней ночи, и перед взором Гарри предстали двое. Совсем юный, явно не старше его самого, холёный мальчишка, блондинистый, с ярко, но отнюдь не дружелюбно блестевшими глазами, он явно не был счастлив находиться здесь, о чём прямо-таки кричал весь его вид — и выражение крайнего отвращения на лице, и скованность, похожая на боязнь дотронуться до чего-нибудь, и крепко сжатые в замок руки в изящных белых перчатках, облегавших кисти плотно, как вторая кожа. Второй, казалось, был настроен более миролюбиво. Улыбавшийся скромно, но одновременно заискивающе, он был молод, но казался старше своих лет, словно ему было известно то, что не было известно и многим мудрецам, прожившим не один век. Тёмные кудри, чёрные глаза, ямочки на щеках казались Гарри смутно знакомыми, но он был абсолютно уверен, что никогда прежде не видел этого человека. Краем глаза он заметил в петлице мужчины цветок, и какая-то смутная мысль закружилась на задворках сознания, но Гарри уверенно отогнал её прочь.
— Добрый вечер, — улыбнулся он, отходя вглубь и жестом приглашая мужчин зайти. — Мы вас ждали.
— Прошу прощения за предоставленные неудобства, — елейно пропел мужчина. Голос его был приятным и удивительно мелодичным, без хрипотцы и каких-либо дефектов. — У нас возникли некоторые разногласия.
— Не стоит выносить на всеобщее обсуждение абсолютно всё, — холёный мальчишка зашипел, как опущенный в воду кот.
— Желание клиента… — пожал плечами другой, не став договаривать фразу и оставляя за своими словами двойной смысл. — Что ж, может, всё же зайдём, мистер Лайонел?
Не сказав ни слова в ответ, «мистер Лайонел», состроив самую — Гарри готов был на это поспорить — пренебрежительную рожу из всего своего арсенала, прошагал в зал так уверенно и гордо, как будто уже бывал здесь раньше. Мужчина проводил его задумчивым взглядом и, когда тот скрылся за поворотом, медленно обернулся к Гарри. Снова приятная, слегка льстивая улыбка расплылась на его лице, снова на щеках заиграли ямочки.
— Я Марк, — представился он, протягивая Поттеру руку. Гарри осторожно пожал её, неуверенно улыбнувшись. Чувство странности происходящего не покидало его, и оно, это чувство, было абсолютно необъяснимым.
— Гарри.
— Я знаю.
Поттер озадаченно нахмурился и собрался было уточнить, откуда они всё же могли знать друг друга, но, в последний раз скользнув по нему взглядом, Марк, как и Лайонел до него, широким шагом направился прямиком в зал, где находилась Лидия. Только сейчас Гарри заметил, что позади него в воздухе парило что-то, накрытое плотной тяжёлой накидкой, и неотступно плыло за ним. Он любопытно проводил это нечто взглядом. Гарри готов был поспорить, что именно это и было тем, ради чего все они здесь и собрались. Но вот что? Интрига и секреты, чтоб их. Усмехнувшись, он последовал за Марком, не на шутку заинтересованный и раззадоренный.
Когда он вернулся, все уже сидели за столом — молча, будто на похоронах. Лидия была собрана и серьёзна, и могло показаться, что её всё происходящее волновало в последнюю очередь: лицо — как маска, взгляд — холоден и отчуждён, и лишь пальцы нервно отстукивали дробь по деревянной столешнице. Лайонел, словно её отражение в зеркале, вёл себя в точности так же, только руки держал крепко сжатыми. Теперь, когда они сидели так близко друг от друга, у Гарри начали закрадываться некоторые подозрения и догадки, но он отогнал их прочь. В конце концов, это было не его дело, и вмешиваться его никто не просил. Марк же, откинувшись на спинку стула и покачиваясь на задних ножках, любопытно оглядывался вокруг. Накрытое тканью нечто теперь стояло на высокой подставке. На мгновение их взгляды встретились, но мгновение это было слишком мимолётным и быстро прошло. Гарри растерянно моргнул. Снова странное чувство охватило его — чувство дежавю, но он был абсолютно уверен, что подобного с ним никогда не происходило. Помотав головой, отгоняя наваждение, он прошёл к столу и сел рядом с Лидией, оказавшись прямо напротив Марка. Они молчали. Вот просто сидели и молчали. Лидия и Лайонел сверлили друг друга до странности похожими взглядами. Было неловко, как будто рядом шла по меньшей мере ядерная война, а Поттер о ней даже и не слышал. Он чувствовал на себе пристальный взгляд Марка, словно оценивающий, но в то же время любопытствующий. Чёрт знает, что творилось, но Гарри это нервировало, просто невероятно беспокоило, тревожило…
— Так мы, может, начнём? — как бы между прочим осведомился Марк. — Время не терпит, кто бы что ни говорил.
Он обвёл всех их вопросительным взглядом. Лидия и Лайонел кивнули. Одновременно, прямо мгновение в мгновение, что было бы весело, если бы не было так грустно.
— Тогда, — Марк поднялся со стула и встал около стойки. Выдержав трагическую паузу, он снова заговорил, — господа и леди, представляю вашему вниманию то, ради чего мы здесь и собрались.
