Гарри снова кивнул и перевёл взгляд на Альбуса. Тот завязывал галстук. Покончив с этим делом, Дамблдор осмотрел Поттера с ног до головы.
— Ты мантию надеть не хочешь, а, Гарри? — со смехом спросил он.
Гарри опустил взгляд. Действительно, на нём были только джинсы и рубашка, причём вчерашние и далеко не свежие. «Ну и ладно», — решил он. Подойдя к стулу, Поттер взял галстук, быстро повязал его и, подхватив мантию, посмотрел на Дамблдора, мол, всё, я готов.
— Идём? — Альбус вопросительно выгнул брови. Гарри кивнул.
В гостиной народу было мало, те же, кто ещё оставался здесь, уже спешили поскорее добраться до Большого зала. Девушки, проходя мимо, улыбались Алу, парни — по-дружески хлопали его по плечу и пожимали руку. На Гарри никто не обращал внимания.
— Ты не переживай, Гарри, — сказал Ал, когда они шли по коридору. — Дай им время привыкнуть к тебе. Слизеринцы не любят ничего нового, потому что это наносит удар по их привычному укладу жизни. Но постепенно они привыкают, и новое становится частью этой самой жизни.
Альбус хотел ещё что-то сказать, но в это время они как раз подошли к Большому залу.
«А он даже сейчас, когда так молод, хорошо говорит, — съехидничал внутренний голос. — Не так проникновенно и пафосно, конечно, но всё же…» Поттер вынужден был согласиться. Где Дамблдор научился так говорить? Ведь за ним шли люди, его любили и почитали. Но, надо признать, Волдеморт тоже умел говорить. «Есть какой-то кружок, где учат становиться Тёмными и Светлыми Лордами? Если так, то я не против сходить на пару занятий», — мрачно подумал Гарри.
Тем временем они с Алом уже устроились за столом Слизерина там, где сидели вчера.
На завтрак были неизменная овсянка, тосты с апельсиновым джемом и сладкий чай. Гарри, увидев стол, заставленный едой, тут же почувствовал зверский голод. Он, если бы был один, набросился бы на еду, не оставляя за собой ни крошки, но… Дамблдор. Чёрт бы всё это побрал, но надо произвести на него хорошее впечатление. Именно поэтому Гарри, как культурный человек, взял пару тостов и налил в кубок сок.
«Даже тосты у эльфов получаются вкусными», — подумал он, с удивлением заметив, что один тост уже съел. Когда второй тост тоже исчез в желудке и Гарри потянулся за ещё одним, его взгляд наткнулся на Альбуса. Тот ничего не ел, лишь смотрел на свой кубок, но Гарри показалось, что даже его Дамблдор не видел.
— Эй… хм… Альбус? — позвал Гарри. Дамблдор резко поднял голову и посмотрел на него. Он так пристально смотрел, что Гарри смутился. Снова. — Всё в порядке? — переборов себя, спросил Поттер.
Дамблдор действительно выглядел не как… Дамблдор. Тот Альбус Дамблдор, которого знал Гарри, был всегда бодр, весело-серьёзен и выглядел идеально (насколько можно выглядеть идеально в сто с хвостиком лет). Этот же Дамблдор выглядел помятым: лицо бледное, длинные волосы растрёпаны а-ля «Гарри Поттер», а сам он был молчаливым (только подумать: Дамблдор молчал!) и того и гляди вялой лужицей сплывёт на пол.
— Да, конечно, — Альбус улыбнулся и махнул рукой, давая Гарри понять, что это ерунда. — Просто мне бывает трудно проснуться. Моё время — ночь.
Гарри не знал, что на это ответить, и только кивнул. Воцарилось тягостное молчание, и чтобы хоть как-то его развеять, Поттер спросил:
— Хочешь тост?
Дамблдор лишь покачал головой. Гарри же, пожав плечами, взял тост себе.
Внезапно Альбус встрепенулся, а его сонливость как рукой сняло. Поттер, который в это время только-только откусил кусочек хлеба, поспешно проглотил его и обеспокоенно спросил:
— В чём дело?
Ал наклонился ближе к нему и тихо-тихо, так, чтобы слышал только Гарри, произнёс:
— Мымра идёт.
Гарри от неожиданности поперхнулся воздухом и закашлялся. «Мымра? Мерлин ты мой». На глазах то ли от кашля, то ли от разрывающего изнутри смеха выступили непроизвольные слёзы. Альбус как ни в чём не бывало осторожно похлопал его по спине. Успокоившись и наладив дыхание, Поттер хотел было спросить, кто такая эта «мымра» и почему она этой самой «мымрой» является, но как раз в этот момент к ним подошла женщина.
Как понял Гарри, она и была «мымрой». «Мымра» была старой дородной дамой ростом выше Альбуса (а учитывая то, что Дамблдор был далеко не низким человеком…), с забранными в сетку седыми волосами и узкими от постоянного прищуривания чёрными глазами. Очки она не носила, поэтому Гарри сделал вывод, что щурилась она, как и Снейп, чтобы источать ещё больше презрения, которого, впрочем, во всех её жестах и манерах было предостаточно.
— Доброе утро, профессор Райне, — приветливо улыбнулся Ал.
— Хорошее настроение, мистер Дамблдор? — голос у профессора Райне оказался низким и скрипучим. — Что ж, это легко исправить. Ваше расписание.
Профессор взмахнула палочкой, и перед Алом появился листок с расписанием.
— Так, а тут у нас кто? Эванс, не так ли? — профессор Райне теперь пристально смотрела на Гарри. — Да-да, профессор Линг передала мне ваши пожелания. Уточним-ка, — она глянула на пергамент, который держала в левой руке. — Чары, ЗоТИ, Трансфигурация, Гербология и Зельеварение. Всё верно?
