Главной задачей, когда они дошли до парадного входа, было незаметно пробраться в гостиную Слизерина, потому что отбой был уже около получаса назад. Слава Мерлину, что Дамблдор в этом разбирался, сам же Гарри был не помощник в этом: да, он частенько гулял по ночному Хогвартсу, но, во-первых, на нём была мантия-невидимка, во-вторых, он предпочитал находиться подальше от подземелий. Пока они добирались до гостиной, минуя то один, то другой тайный проход, Гарри задавался вопросом, откуда Ал знал все эти ходы. Вспомнив же прошлую ночь, когда Дамблдор спокойно посреди ночи шагал к совятне, а потом — к кухне, Поттер пришёл к выводу, что это был далеко не первый такой поход.
Слизеринская гостиная встретила их шумом множества голосов и теплом камина. Несмотря на поздний час, она была наполнена студентами: кто-то дописывал последние абзацы эссе, кто-то болтал, в укромных местечках приютились целующиеся парочки.
— Ал! — к ним подбежал Аберфорт. Не обращая внимания на Поттера, он продолжил, обращаясь непосредственно к брату: — К тебе прилетела сова с посылкой.
— Ага, ладно, Эбби, — Альбус направился к дивану: он явно не был заинтересован.
— Это посылка от Лера, — с ангельской улыбочкой добавил Аберфорт.
После этих слов Альбус резко развернулся и, глянув на брата не предвещавшим ничего хорошего взглядом, отправился в спальню. Гарри, вздохнув, поплёлся следом.
Когда Поттер зашёл в комнату, Ал уже сидел на своей кровати, нетерпеливо распечатывая письмо. Рядом разместилась что-то прямоугольное, завёрнутое в упаковочную бумагу… коробка? Ящик? На спинке стула же вольготно расположилась сова.
Альбус выглядел удивлённым. Поттер, приноровившийся к тому, что письма Дамблдор получает раз в два дня, — тоже, потому что следующее письмо он должен был получить не раньше, чем завтра.
— Гарри, — позвал Ал, не отрываясь от письма, — пожалуйста, покорми сову. Печенье в тумбочке.
В тумбочке Дамблдора порядка, мягко говоря, не наблюдалось. Верхняя полка, где студенты обычно хранили всякие мелочи вроде брелоков и других безделушек, была буквально завалена конфетами, пачками вафель и печенья, а нижняя — фантиками и упаковками. За две недели этих фантиков накопилось более чем достаточно, но Ал, кажется, считал по-другому.
Отыскав открытую пачку печенья и достав её, Поттер уселся на кровать Альбуса и подозвал к себе сову. До этого притворявшаяся спящей, она тут же встрепенулась и перебралась к Гарри на плечо. Поттер отломил от печенья кусочек и протянул сове. Та сразу же выхватила его из рук, чуть не укусив Гарри за палец. Он хотел сначала обидеться на такую неблагодарность, но подумал, что она всё-таки не укусила его, и отбросил эту мысль.
Альбус всё читал письмо, а сова с невероятной скоростью поглощала печенье. Когда же на дне пачки остались только крошки (не стоит думать, что сова съела всю пачку — большую часть ещё утром сгрыз Дамблдор), Поттер высыпал их себе на ладонь и протянул руку сове, мол, последние крохи тебе отдаю, самому ничего не остаётся. Птица без зазрения совести склевала и их, не проявив к голодавшему человеку никакого сочувствия.
Довольно ухнув, она уселась на руку Гарри, которую тот приглашающе вытянул.
Сова, решил Поттер, была довольно-таки дружелюбной, что встречалось крайне редко: совы не любили чужаков. А эта ничего — и поела и, можно сказать, приласкалась.
В тусклом зеленоватом свете ламп что-то блеснуло на лапке совы. Присмотревшись, Поттер обнаружил, что это было металлическое кольцо. Такие же были и у школьных сов.
Подняв сову повыше, чтобы было лучше видно, Гарри всмотрелся в кольцо. Нет, это сова точно была не из Хогвартса. У их сов на колечках была выгравирована буква «Х». Здесь тоже была выгравирована буква, но другая — «Д».
— Что ты думаешь по этому поводу? — внезапно раздался голос Ала.
Гарри вздрогнул от неожиданности. Переведя взгляд на Дамблдора, он увидел, что тот протягивал ему письмо, при этом задумчиво смотря на посылку. Гарри несмело забрал письмо. Покрутив его в руках, он задался вопросом: зачем Альбус отдал его? Убрать куда-то? Прочитать?
Заметив его нерешительность, Ал поторопил:
— Читай скорее, — и вернулся к созерцанию коробки, завёрнутой в бумагу.
Опустив взгляд на пергамент, Поттер мимоходом отметил прямой, даже, можно сказать, какой-то консервативный почерк, и приступил к чтению.
«Ал,
Не так давно ко мне попала маггловская газета. На Чарах со скуки я решил быстренько глянуть её, и знаешь что? Магглы гениальны!
Представляю, какое у тебя сейчас выражение лица. Но нет, не бойся, я не отступлюсь от прежних убеждений. Просто это может помочь нам. Их технологии, лаборатории, научные центры. Как бы ни было прискорбно это сообщать, но они действительно продвинулись дальше нас, намного дальше.
То, что изобрели магглы, может по полному праву соперничать с высшими чарами и даже… превосходить их. Представь, что будет, если вся эта мощь выступит против нас.
Мы будем уничтожены, стёрты с лица Земли.
А теперь представь, что будет, если эта мощь будет на нашей стороне. Мы станем непобедимы. Мы сможем сделать то, что задумали.
