– Я эта… – Он покатал горячую еду на языке и начал жевать. – Не знаю, как оно называется. Но вкусно!
Сеня какое-то время наблюдал за Дервушем, который с большим аппетитом и удовольствием облизывал лист-тарелку, и только убедившись, что тот не отравился своим кулинарным шедевром, решился попробовать его блюдо. Он отгрыз кусочек корня и как следует прожевал.
По вкусу это кушанье чем-то напоминало размягченные орехи, когда их ешь вприкуску со свежим хлебом. Сок листьев лианы добавлял блюду соленые и пряные нотки. В целом, угощение было вполне съедобным и очень питательным.
Сеня проглотил еще пару таких порций и, насытившись, отложил остатки в сторону.
Довольные удавшимся вечером, ребята развалились у огня и стали молча смотреть на танцующее во мраке желтое пламя.
– Безумный день… – буркнул Сеня, прокрутив в голове весь ураган сегодняшних событий.
– Я видал и похуже, – хмыкнул Дервуш.
В желтых отблесках пламени его округлое детское лицо казалось необычно взрослым. Глаза почему-то приобрели сказочный фиолетовый оттенок и стали похожи на два сверкающих фианита. Полные губы застыли в полуулыбке, а в волосах заискрились блики костра.
– Дервуш?
– Чего? – отозвался мальчишка, не отрывая зачарованный взгляд от огня.
– Сколько тебе лет?
Этот вопрос его удивил. Он поднял глаза, смерил Сеню не очень приветливым взором и пробурчал:
– Какая к черту разница?
– Ну… – растерялся Сеня. – Просто интересно. Мне вот шестнадцать.
Мальчишка помолчал, тыкая палкой в костер. Затем с неохотой сказал:
– Двенадцать недавно стукнуло. А что?
– Ничего, – Сеня расправил плечи и сел поудобней. – Ты иногда выглядишь намного… хм, старше. Хотя чаще всего ведешь себя, как идиот.
Дервуш фыркнул и широко улыбнулся.
– Я застрял на границе взросления.
– Это как? – не понял Сеня.
– А вот ты представь, – пояснил мальчишка, – что детей и взрослых отделяет высокий забор. Так вот, когда я перелезал во взрослую жизнь, я эта… зацепился штанами, расцарапал жопу и повис.
– Наглядно, – после короткой паузы, оценил Сеня.
Дервуш удовлетворенно кивнул и вновь уставился на пляшущее в костре пламя. Они помолчали, слушая треск поленьев. Потом Сеня не выдержал:
– Дервуш?
– Опять дурацкий вопрос? – поморщился мальчишка.
– Ага. Что заставило тебя стать вором?
– Как что? Деньги, конечно!
– Но ведь их можно честно заработать, – возразил Сеня. – Не рискуя жизнью, и не скрываясь по подворотням от стражников.
Дервуш демонстративно зевнул.
– Ты не понимаешь всей этой… философии, ага. Зачем честно работать за гроши, если потом кто-то нечестно у тебя все отберет? Я живу одним днем, беру, что хочу и когда хочу. Но при этом я готов в любой миг расстаться со всем, что я украл. Потому что вещи для меня всего лишь вещи, даже золото.
– Ого, – только и сказал Сеня. – Я не думал о ворах с этой стороны.
Дервуш пожал плечами и ничего не ответил.
– И все же… – не унимался Сеня. – Как ты дошел до такой жизни?
– Какой – такой? – Мальчишка поднял на него глаза.
– Ну… – Сеня помолчал, подбирая слова. – Парни в твоем возрасте обычно живут с родителями, помогают им по дому.
Дервуш нахмурился. На лбу пролегла глубокая складка, которая, впрочем, почти сразу разгладилась.
– Я не очень люблю эта… копаться в огороде, – отмахнулся он.
– Но дом-то у тебя есть? – продолжал допытываться Сеня. – Родные?
Дервуш недовольно фыркнул:
– Ты что, мой мозгоправ? Какая тебе разница?
– Да брось! – всплеснул руками Сеня. – Мы сегодня столько пережили! Я тебе жизнь спас! Неужели это ничего не стоит?
– Я тоже спасал твою задницу, – раздраженно парировал мальчишка, – так что мы квиты. И заметь, я не достаю тебя глупыми расспросами.
Он замолк, нервно тыча палкой в угли. Сеня не решился настаивать на разговоре и тоже затих, наблюдая, как яркие искорки кружатся в потоках теплого воздуха.
Спустя пару минут Дервуш заговорил. Как-то очень внезапно, непривычно серьезным, ледяным тоном:
– Когда мне было шесть, на нас напали. Мой дом сгорел. Родителей и сестру убили, а меня с братом взяли в плен. Спустя какое-то время, мне удалось сбежать, но вот брат… Он не выжил. Идти было некуда, так что я приспособился к жизни на улице. Все же лучше, чем подохнуть рабом на каторге.
Повисла липкая пауза.
– Прости… – наконец выдавил Сеня. – Я думал…
– Что? – прервал его Дервуш. – Что карманниками становятся от хорошей жизни?
Сене почувствовал себя совсем неловко. И чего он только ожидал услышать? Увлекательную историю о появлении на свет бекарийского Робин Гуда? Мальчишка был прав.
– А я вот никогда не знал своих родителей, – пробормотал Сеня со вздохом. – Только видел на фото пару раз. Они погибли в страшной аварии. Ухаживать за мной было некому, и меня сдали в приют.
– А братья, сестры? – спросил Дервуш.
Сеня помотал головой:
– В чем-то наши с тобой истории схожи, Дервуш. Я тоже потерял всех родных, привык быть одиночкой и тоже сбежал из своеобразного плена. – Он усмехнулся своим мыслям. – Если бы не Виджей, я, наверное, был бы мертв.
– Поэтому ты так хочешь ему помочь?