Для разграничения теорий и гипотез наука выдвинула принцип верификации (от лат. veras – истинный + facere – делать). Он означает требование подтверждения научного знания массовидным, но не обязательно всеобщим, опытом. Знание, не испытанное верификацией, относится к категории гипотезы, но не теории. Знание теряет право именоваться теорией и переходит в категорию гипотезы, если появляются факты, которые ему противоречат. Никакая теория не объясняет всё, но каждая имеет границы применимости, которые должны быть чётко осознаны. За пределами указанных границ теория теряет силу.
К сожалению, в современном научном мире гипотезы и теории зачастую не разграничены и то, что называют теорией, при внимательном рассмотрении нередко оказывается гипотезой. Ложный статус теорий придаёт гипотезам неоправданно большой вес и в общественном сознании утверждает ошибочные знания как истинные.
Для дифференциации научных и ненаучных учений британский философ Карл Поппер предложил принцип фальсификации, заключающийся в том, что учение, позволяющее истолковывать любые факты в свою пользу, не может считаться научным, потому что принципиально не может быть опровергнуто. Это не означает, что оно непременно ошибочно, но оно не подпадает под категорию научного и наукой не рассматривается.
Таким образом, знание следует считать научным, если оно удовлетворяет принципу фальсификации. Достоверность знания, как научного, так и ненаучного, проверяется массовидным опытом (принцип верификации). Что лежит в основе опыта? Любой опыт использует факт, метод и инструмент. Факт – явление зафиксированное и признанное несколькими свидетелями непосредственно или с помощью приборов. Атрибутами факта выступают свидетельство и истолкование. Толкование факта (или фактов), чтобы стать теорией, должно быть верифицировано как известными, так и новыми фактами, а до того считается гипотезой. Свидетельство о факте отражает не только само явление, но также метод и инструмент его установления. Метод – принципиальный или конкретный подход к осуществлению чего-либо, а инструмент – конкретное средство. Поэтому, дабы не впасть в заблуждение, необходимо различать методические и инструментальные стороны процесса познания, поскольку и метод и инструмент определяют границы возможностей познания.
Спектр инструментов научного познания простирается от простой пятерицы чувств до сложнейших современных сенсорных устройств, многократно усиливающих возможности и раздвигающих границы чувствований. Создаётся впечатление, будто границы можно раздвигать беспредельно. В техническом плане это справедливо, но остаются ограничения методического характера. В самом деле, научный опыт осуществляется всегда в пределах той части тварного мира, в которой сенсоры, созданные человеком, способны его воспринимать. Все они работают в системе координат, включающих пространство и время, оцениваемых, как правило, в масштабе, близком человеческому. Религиозный опыт показывает, что в душевной и в особенности в духовной сферах бытия пространственно-временные характеристики трансформируются вплоть до их полного исчезновения. Бог Отец, например, существует вне времени и пространства, о чём святой Василий Великий сказал так: «У
Таким образом, возможности сенсоров, используемых светской наукой, принципиально (методически) ограничены, ибо они функционируют в пространственно-временной системе координат, к тому же весьма ограниченной масштабом. Данный факт предопределяет и ограниченность научного знания.
Инструментом современного научного познания является также аппарат формальной логики, включающий понятия, суждения и умозаключения. Если учесть, что образование понятий опирается на опыт, осуществляемый в той же пространственно-временной системе координат, становится понятно, что выводы логики теряют свою адекватность за пределами указанной координатной системы. Поэтому аппарат логики не содержит понятий, способных выразить духовные чувства и состояния.