— Чем больше мы добиваемся в этом деле побед, — первым ответил на правах командира группы Шелестов, — тем больше возникает вопросов. Но если о достижениях, то фактически мы разгромили боевую группу резидента в том монастыре. По показаниям двух захваченных живыми боевиков и по показаниям согласившегося сотрудничать Минаева, у резидента сейчас практически никого не осталось. Вся связь с перекупщиками шла через Минаева по кличке Адвокат в одну сторону и в другую через Турминова. Адвокат у нас, один его помощник в морге — его опознал Коган. Третий на свободе, но мы предполагаем, что он не имеет связи с резидентом. Другая часть деятельности резидента, касающаяся диверсий, по-видимому, ни с кем больше не связана. Поэтому и взрывчатку своему агенту на том заводе резидент передавал лично.
— А что касается такой деятельности, как разведка? — не удержался от сарказма Платов.
— Мы считаем, что резидент занимает определенную должность, — ответил Сосновский, — и добывает сведения, имеющие ценность для Германии, напрямую, не используя при этом свою агентурную сеть. Есть основания полагать, что он медик, что имеет звание полковника медицинской службы и документы на имя Гусева Ивана. Отчество на букву С.
— Негусто, — покачал головой Платов, но в его голосе не было осуждения, скорее понимание. — Получается, что мы блокировали деятельность сети, но упустили самого резидента. Я отдал приказ, и все оперативные сотрудники, которые курируют военно-медицинские структуры, начали поиск медика с такими данными. Если он существует, то определение его — вопрос времени. По расшифровкам его передач мы имеем дело с очень опасным разведчиком, имеющим доступ к планам нашего командования практически стратегического значения.
— Генштаб? — удивился Буторин. — Командование фронтами?
— Нет, — покачал головой Шелестов и тут же добавил: — Я, кажется, понял. Этот человек должен получать всю необходимую информацию прямиком из Главного военно-санитарного управления Красной армии. Или вообще он служит именно там. Любая фронтовая операция готовится не только переброской сил, техники, боеприпасов, горючего. Это еще и планирование медицинского обеспечения: количества раненых, медикаментов, транспорта для эвакуации, развертывания госпиталей.
— Вот вы и попали в самую точку, Максим Андреевич, — ответил Платов. — Феникс явно имеет доступ к сведениям о поставках медикаментов и другому снабжению, а еще о подготовке к развертыванию на определенных участках фронтов войсковых подвижных госпиталей (ВПГ). Эти госпитали размещаются обычно на расстоянии 15–30 километров от линии фронта. Там организуется сортировка раненых, поступающих из медсанбатов. Феникс, судя по его радиограммам, знает систему подготовки крупных наступлений. Если он в самом деле легальный полковник медицинской службы, то по планируемому количеству медикаментов и их специфике, по маршрутам поставки адресатам в виде номеров частей может знать, где готовится большое наступление и где ожидается большое количество раненых. Если известно количество планируемых ранений, то очень просто вычислить и количество задействованных в наступлении полевых частей и соединений.
На столе у Платова зазвонил телефон. Он снял трубку, выслушал чей-то доклад, а потом коротко приказал:
— Срочно санитарную машину! Найдите! Через час группа захвата должна выехать на место.
Оперативники переглянулись, но Платов, положив трубку, сразу же заговорил:
— Не все ключи удается применить при перехвате передачи Феникса, но очередная расшифровка четырехдневной давности настораживает. Сегодня в два часа ночи по московскому времени будет сброс груза и четырех агентов — специалистов по диверсионной работе.
— Сюрприз, — покачал головой Коган, — а мы только что явочную квартиру разгромили.
— Не думаю, что у них одна такая квартира, — возразил Буторин. — Но вообще-то нам нельзя их в город пускать. Брать придется в лесу сразу всех и груз. Жалко, мы не знаем, что в ответ на это сообщение из немецкого Центра ответил Феникс.
— Что бы он ни ответил, — вставил Шелестов, — иной информации не пришло. Значит, их Центр настаивает, и мнение Феникса, если он его высказал, не учли.
— Он может постараться как-то себя обезопасить, — согласился Платов. — Не исключено, что пошлет к месту встреч человека с инструкциями и маршрутом выхода из зоны выброски к явочной квартире. Срочно выезжайте на место, а я буду искать Ивана Гусева с отчеством на букву С.
За пять часов до времени выброса парашютистов, указанного Берлином, в данный район выехали три машины с солдатами полка НКВД. Дополнительно на дороге, где больше всего вероятность появления диверсантов, оставили санитарную машину, похожую на сгоревшую машину Турминова, — это был самый короткий путь от места высадки до дороги. Шелестов попытался быть логичным и посчитал, что если машина задействована в этой схеме у немецкой агентуры, то стоять она должна именно там. Это самый быстрый и надежный способ покинуть место высадки.
