Дело тут не только в том, что Amazon практикует на своих складах — а это фактически один глобальный склад товаров и информации — потогонную систему похуже тейлоровских конвейеров в 1920-е годы. Дело не в том, что работники Amazon сидят на минималке, за ними установлена тотальная слежка, и они беспощадно штрафуются за любую провинность — например, за внеплановый поход в туалет, так что многие сотрудники работают, как ковидные врачи, в памперсах. Дело не только в беспощадной роботизации логистики, где любой человек, которого можно заменить автоматом, заменен им, а тех, кого не заменили, самих превратили в автоматов. Дело не в том, что работа, которую выполняют сотрудники Amazon, монотонна и совершенно бесперспективна с точки зрения их человеческого развития: просто роботы пока не могут так точно перемещать предметы, да и в обслуживании дороже, чем люди, но как только это изменится, «Американский прогресс» заменит человека машиной. И во время второй промышленной революции рабочие были отчуждены от результатов своего труда, что, по Марксу, составляет главное противоречие капитализма.
Средства производства в наши дни совсем другие, чем сто лет назад, но принципы, на которых основана экономика капитализма, не изменились, какие бы новые теории на этот счет ни изобретали нобелевские лауреаты. Но есть один интересный момент: сегодня вымывается всё больше рабочих мест синих и белых воротничков, и людям остается самая примитивная работа помощников робота — речь не только о складах Amazon, но и, например, о банках, где сотрудники просто озвучивают решения компьютерных систем. Искусственный интеллект может писать хорошо продаваемую музыку, подбирать книги, заниматься кастингом актеров или дизайном интерьеров, поэтому все меньше востребованы люди творческих профессий — журналисты и художники, дизайнеры и музыканты. Так называемая «пандемия» ковид-19 дала предлог к дальнейшему уничтожению театра, образования, искусств и соответствующих профессий, в которых человек все больше становится дистанционным дополнением к нейросети.
В итоге мы вернулись к ситуации столетней давности, когда капиталисты эксплуатировали низкооплачиваемых работников, которые занимались примитивным физическим трудом.
Но вернемся к Amazon. Больше всего американцев возмущает как раз растущий контраст, усиленный коронавирусом: контраст между стремительным обеднением одних и столь же резким обогащением других — прежде всего тех, кто служит Цифровому Левиафану.
В 2020 году рост прибылей Amazon на фоне резкого падения американской экономики воспринимается многими практически буквально как пир во время чумы. Десятки тысяч мелких бизнесов по всей стране разоряются, десятки миллионов людей лишились работы и средств к существованию, ожидается, что в несколько раз вырастет число бездомных — и. в это самое время Amazon объявляет акционерам о достижении всё новых целей, о растущей доле рынка онлайн-продаж, которая составляет сейчас более 70 процентов, и выходе на новые рубежи.
Многие в Штатах в итоге относятся к Безосу хуже чем к северокорейскому диктатору Киму. И Безос, которому хочется улучшить свою репутацию, особенно в свете антимонопольных настроений, обратился к старому проверенному американскому подходу. В самом деле, не расставаться же с безумно прибыльной бизнес-моделью — куда лучше нанять лучших лоббистов и лучших специалистов по пиару.
И тут произошло нечто новое. Пиарщики придумали для Amazon ход, которому Рокфеллеры могли бы только позавидовать.
Не нужно тратиться на гранты для университетов или покупку коллекции японской гравюры для Музея Метрополитен. Какую воронку продаж обеспечит созданная на невозвратное пожертвование миллионов в двести долларов кафедра по изучению творчества Эмили Дикинсон? Всё это пустое, искусства и гуманитарные науки всё равно не нужны, ибо лишь поддерживают в народе несбыточные надежды. Например, на то, что человек хозяин своей судьбы в мире, где его поведение должно всего лишь соответствовать ожиданиям рынка. Фьючерсы на это поведение уже проданы, и не в наших интересах терять на этом деньги.
