ГЛАВА 1
Он чувствовал, как умирает Ахм Лин, пока пил. Слабый, почти незаметный выдох, последнее содрогание - и его друга не стало.
Ваэлин подавил прилив отчаяния и втянул в себя последние струйки крови, вытекающие из раны каменщика. Густая металлическая струя залила ему рот и застряла в горле, вызвав рвотный рефлекс. Не обращая внимания на отвращение, он заставил себя сглотнуть густую струю. Ваэлин почувствовал, как дар расцветает, как только первые капли попадают в его нутро, молниеносно распространяется по его существу и приносит с собой песню, больше похожую на крик.
Музыка была оглушительной, болезненной, наполняя его сознание накладывающимся друг на друга каскадом нот, которые каким-то образом сохраняли мелодию, несмотря на их уродливый диссонанс, - мелодию, в которой были и уверенность, и смысл: Смерть приходит со всех сторон. ОНА ПРИХОДИТ СЕЙЧАС!
Он отпрыгнул от трупа Ахма Лина, низко пригнувшись и уклонившись от свистящего удара сабли, когда ее владелец, громадный Шталхаст в полном вооружении, вынырнул из длинной травы, покрывавшей берег канала. Воин выругался и повторил попытку, обеими руками ухватившись за рукоять, чтобы нанести удар в грудь Ваэлина. Песня продолжала звучать, а Ваэлин все смотрел на тупые, сильно изрезанные черты Шталхаста. Мелодия рассказывала о человеке, пропитанном кровью и счастливом в моменты насилия. Человек, который сражался, убивал, насиловал и мародерствовал в Железной степи и пограничных землях. Человек, который жаждал большего, когда орда ворвалась в сердце Почтенного королевства. Человек, который не позаботился о том, чтобы починить небольшую пластину брони, закрывавшую пространство над левым бедром, отбитую во время последнего штурма Кешин-Хо. Все это песня пронесла в голове Ваэлина за одно мгновение.
Он повернулся, когда Шталхаст закрылся, пропуская саблю в дюйме от своей груди, а затем вонзил острие меча в щель в доспехах Шталхаста. Лезвие глубоко вонзилось, прорезав жилы, сухожилия и хрящи, и разорвало все связи между ногой и бедром. Воин вскрикнул от шока и ярости и рухнул на землю, глядя на Ваэлина; губы его сложились в последнюю дерзкую непристойность. Ваэлин выхватил клинок и обрушил его на землю, и последнее слово воина было проглочено потоком крови, хлынувшим из его рта.
Крик песни заставил Ваэлина обратить внимание на новую угрозу: в нескольких ярдах от него в высокой траве корчились еще два Шталхаста. Он снова ударил по шее умирающего воина, нанеся два быстрых удара, а затем схватил его за шлем, когда его голова отделилась от плеч. Шталхаст, первым оказавшийся в траве, получил удар в лицо и отшатнулся назад на пятки, ошеломленный и ослепленный ударом и взрывом крови. Он успел вытереть красное месиво из глаза, как в него вонзился кончик меча Ваэлина, и лезвие пронзило его мозг, прежде чем он успел осознать факт собственной смерти.
Ваэлин отшвырнул дергающийся труп в сторону и, выхватив меч, парировал удар второго Шталхаста. Прежде чем воин успел отступить, он подошел к нему вплотную и нанес стремительный удар головой в незащищенный нос, затем выхватил кинжал с его пояса и, крутанувшись, вогнал его в небронированную заднюю часть бедра.