– И вот в доме, выстроенном на том самом месте, где когда-то зарубил свою семью Нилус, появляется ребенок… девочка, – продолжила Вирита. – С глазами того же невероятного фиолетового цвета. Сложно сказать, было ли это несчастным совпадением или же последствием сконцентрировавшихся вокруг дома верований. В любом случае, горожане не сомневались: в этой девочке затаилась та же зловещая сила, что когда-то свела с ума Нилуса. Они не подозревали, что эта сила не существовала в природе, пока они сами ее не придумали, вдохнув в нее жизнь своей верой. Тем самым они создали проклятие.
– Какая чушь, – сказала Делоре, и прозвучало как стон, потому что ожившая боль зашевелилась в ней, как ужасный младенец. – Что же, оно, это проклятие, теперь висит надо мной, словно долбаное фиолетовое облако?
– Нет, Делоре, оно находится прямо передо мной. Я могу прикоснуться к нему, прикасаясь к тебе, потому что оно часть тебя. Ты чувствовала, что в этой стране с тобой происходит нечто очень странное. Ты попыталась сбежать из Ровенны, но обнаружила, что ситуация не наладилась.
– Вот именно! – взвилась Делоре. – Если бы проклятие действительно существовало, если, как вы сказали, его питают человеческие мысли, то в Роане оно бы выдохлось и оставило меня в покое! Там же никто не верит в подобные бредни!
– Все это время его поддерживала вера одного человека, которая была сильнее веры тысяч людей, потому что этот человек
– Кто это? – спросила Делоре с вызовом.
– Ты сама.
– Я… я не верила, – она прижала ладони к шее. От сладости растений, рассеянной в воздухе, у нее щекотало горло. Она едва сдерживала кашель. – Я не знала! – она все-таки закашлялась.
– Ты постепенно приходила к осознанию его существования. Одновременно отчаянно уверяя себя в обратном. Со временем ты убедилась, что скрыться от проклятия невозможно. Но оно не только наделило тебя силой убивать и причинять вред. Переживания и стремления Нилуса, оказавшиеся слишком яркими для того, чтобы угаснуть навсегда, обитают в тебе. Его жизнь определила твою жизнь… в том числе и время ее завершения. Это время почти настало, Делоре. Тебе предначертано повторить его судьбу. И его ошибки.
– Какие ошибки? Что же я, ни с того ни с сего прикончу свою дочь? Вы не только Нилуса не направили к мозгоправу. Вы и сами не сходили, хотя очень в этом нуждаетесь!
– Не пытайся обесценить мои слова, Делоре. Хотя правда обжигает руки, ты не сможешь просто отшвырнуть ее прочь.
– А в чем правда? – втянув в себя воздух, холодно осведомилась Делоре. – Что вся моя жизнь стала последствием чьих-то заблуждений?
– Каждый человек в какой-то степени зависим от заблуждений других людей. Бессмысленно горевать об этом.
– Если верить вам, то мою жизнь украли у меня. Конечно, я не горюю об этом. Если эта испортилась, мама купит мне новую, – усмехнулась Делоре. – Но я вам не верю, – выговорила она и закашлялась.
– Тогда почему ты ощущаешь ужас и теряешь контроль над собой? Если все в порядке, почему?
Делоре закрыла лицо руками.
– Мне не страшно. Мне все равно.
– А что насчет боли, которая заставляет твое тело вопить? Разве эта боль не объективна? Хотя ее существование так же иррационально, как все прочее, что я упомянула.
– Я не чувствую боли! Со мной все в порядке! – выкрикнула Делоре и снова зашлась в приступе мучительного кашля.
– Делоре, послушай меня, сейчас. Душа у тебя не злая, но ты сама – зло, и ты не сможешь противиться собственной сути. Да, твою жизнь украли у тебя, но только за последнюю неделю ты отобрала у людей десятки лет. У продавщиц в магазинах, у соседей, у прохожих, бредущих мимо тебя. И это еще незнакомцы. Чем ближе ты знаешь человека, чем с большей симпатией он относится к тебе, тем легче тебе подобраться к его душе, тем ты ему опаснее. Ты обрекла своих близких на гибель. И тебе это известно.
Делоре зажала уши руками и выдавила, задыхаясь:
– Я не хочу вас слышать…
Последняя свеча погасла, и настала кромешная тьма. Однако в голове у Делоре было еще темнее. Боль перестала быть внутри, теперь она окружала Делоре, больше ее во много раз, и Делоре тонула в ней, как в море.
– Ты чувствуешь такой сильный гнев… Нилус тоже чувствовал. Это толкнуло вас на дурные поступки. Но зло всегда возвращается к тому, кто его совершил. В этой стране так думает каждый. А то, что поддержано верой, становится объективным фактом. Поэтому тебе больно, Делоре. Единственный способ избавиться от боли – прекратить наносить ущерб другим людям. Твоя страшная сила растет… Ты не сможешь контролировать ее. Очень скоро, если ты не… поступишь правильно, ты сойдешь с ума от страдания.
– Поступить правильно? – вскрикнула Делоре. – Что вы имеете в виду? Я должна сделать то, на что не решился Нилус? Прикончить себя сразу, как мне исполнится тридцать? Не могу поверить, что до сих пор слушаю вас! Это звучит как пересказ бредового сна или как дурацкий рассказ. Уж, конечно, ничего подобного не может происходить в реальности. Такого просто не бывает!
– Делоре, ты отрицаешь.
