Дальше последовала узкоспециальная дискуссия о принципах работы и внутреннем устройстве Бетти, с демонстрацией похожей на кларнет дудки с серебряными клавишами. Мне даже обещали дать урок — как только найдут время. После этого сэр Артур увлек Па к конюшням, оставив меня с инструментом в руке среди корзин и мешков. В клетке недовольно квохтали куры, Бетти молча поблескивала у двери в буфетную.
Пристроив дудку меж губ, я легонько подула. Похоже на рекордер, тон чистый и для слуха приятный. Я попробовала до-мажорную гамму, сначала вверх, потом вниз, и затем первую фразу из «Ясеневой рощи».
Бетти встрепенулась, зажужжала, повела головой, бесцельно помахала руками… и ка-а-к ринется вперед! Я заткнулась и вовремя — еще бы секунда, и она наехала бы гусеницами на кур!
Так нас и застала Мам: дудка на полу, я в ужасе зажимаю рот руками, Бетти замерла над клеткой с птицей. Птица при этом орет так, что хоть святых вон выноси.
Мам поджала губы в ниточку, сграбастала клетку и вынесла ее наружу. Когда она вернулась, ей было что сказать — и о личной ответственности, и о тварях божьих, и о тех, кто хватается за что ни попадя. Но Мам все равно никогда долго не сердится, и вскоре мы уже мирно стряпали рядышком, совсем как у нас дома.
— И на кой нам тут эта неуклюжая железная кастрюля? — поинтересовалась она.
— Это судомойка, звать Бетти, — представила я. — Она кучу всего умеет. Надо только разобраться, как пользоваться вон той штукой.
Я кивнула на дудку, которую убрала от греха подальше на каминную полку.
— Судомойка? ВОТ ЭТО? — Мам расфыркалась — не поймешь, то ли весело ей, то ли противно, — и пошла за мукой для пирога на обед.
Когда мы замесили и раскатали тесто, Мам положила скалку, вытерла руки фартуком, подошла к буфету и вытащила из него просторный синий фартук миссис Бандо и ее же плоеный белый чепец. Чепец она водрузила на круглую голову Бетти, а фартуком обернула ее пышную фигуру, аккуратно завязав лямки крест-накрест. Потом поглядела и кивнула:
— Вот так-то лучше, когда одетое. Но все равно безбожная образина. Хорошо, что Сьюзан Бандо тут нет — она бы чувств лишилась, увидав такую жуть у себя в кухне. Я только молюсь, чтобы ты, моя милая, не пожалела о своем решении.
— Ты мне лучше вон ту морковку передай, Мам, — отозвалась я, — и кончай надо мной квохтать, чай, не курица.
Когда к нам вернулся Па и увидел Бетти, он хохотал так, что я думала, его родимчик хватит. Отсмеявшись, он вытащил из кармана такую же дудку, как у меня, и отослал Бетти в буфетную довольно неуклюжей трелью.
— Эта дудка — изобретение сэра Артура, — объяснил он, раздувшись от гордости. — По сравнению со старой системой — которая ящик с кнопками — колоссальный шаг вперед. Все делается на звуковых волнах. Не то чтобы очень просто — я все утро добивался, чтобы они просто приходили и уходили, но, что и говорить, умно.
Я хотела урок прямо сейчас, не сходя с места, но Па сказал, что сэр Артур желает обедать и мне надо найти скорее чистый стол, чтобы на нем есть. Мам разразилась краткой лекцией на тему, что глаза, прислуживая, надо держать вниз, а рот — на замке, после чего они с Па отбыли и я осталась одна. В печи поспевал пирог, воздух полнился всякими съедобными ароматами, а юная Тейси Гоф готовилась приступить к своим обязанностям домоправительницы замка Комлех. Ай да я!
Старый, наполовину разваленный замок — конечно, услада для глаз, сад теней и мечтаний и все такое прочее. Чрезвычайно романтическое место для прогулок. Но вот приспособить для человеческого обитания дом, где еще вчера рыскали лисы и поколения мышей сменяли друг друга, — уже совсем другое дело.
Если бы я заранее представляла себе, каково это — быть командующей отрядом роботов и стоять себе, поигрывая на флейточке, пока они работают, я бы и подготовиться успела, и привыкла быстрее. Но во-первых, мне пока пришлось довольствоваться одной только Бетти. Во-вторых, гусеницы ее оказались неприспособленны для лестниц, так что стало понятно: придется пристраивать скаты и устанавливать лебедки, чтобы поднимать нашу механическую девушку с этажа на этаж. И в-третьих, я никак не могла заставить ее делать что-то посложнее, чем драить пол и вытирать столы, — ну хоть ты тресни!
А все чертова дудка! Прямо как по-китайски говорить: что алфавит, что звуки, что грамматика — все поперек логики; для каждого движения — по ноте, причем привязанной к аппликатуре, а не к музыкальной гармонии. Па, которому все ноты были на одно лицо, управлялся с дудкой куда ловчее моего. А я только что не рехнулась с нею: слух тебе одно говорит, а диаграммы сэра Артура — совсем другое. И гордость вдобавок в клочья, раз уж не можешь освоить систему, по всем признакам простую, как два пенни. А работа между тем не ждет, и раз уж я не могу заставить Бетти вымыть окна, значит, придется делать это самой. Хорошо хоть Янто Эванс пришел чистить трубы, прибивать новую черепицу поверх дырок в крыше и чинить мебель, у которой сырость сглодала все стыки.
