— Я купил его у одного француза, — объяснил сэр Артур, роясь в стружке. — Пока это просто игрушка, такая изысканная кукла, которая умеет стоять и ходить. Но когда я научу ее говорить и понимать человеческую речь, это будет настоящий хуманатрон, и наша наука шагнет в новую эру!
У него над головой мы с Па обменялись многозначительными взглядами. И, пожалуй, чуточку насмешливыми. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять: наш сэр Артур — что твой мотылек, ни минуты не сидит на месте, так и перепархивает с идеи на идею. Впрочем, в некоторых отношениях по нему можно было часы выставлять. Ужинал он ровно в шесть, и ни минутой позже, а затем непременно пил кофе (только не чай!), и с десертом вприкуску, а не после кофе.
Настал мой семнадцатый день рождения, потом прошел. Сэр Артур напрочь забросил полупрошитых носильщиков и с головой закопался в книги по технической акустике и по анатомии органов слуха у человека, покрывая страшные кипы бумаги рисунками и диаграммами. В деревню он не выходил совсем, церковь не посещал, соседей к себе не звал. За исключением Па и старого почтальона, Дэя Филипса, ни единая живая душа не переступала порога замка Комлех от воскресенья до воскресенья. Можете себе представить мое удивление, когда как-то вечером, неся ему с кухни кофе, я услыхала в гостиной женский голос!
Леди гневно требовала, чтобы он на нее посмотрел. Дама благородная, наверное, оставила бы их благополучно препираться в одиночестве, но служанке, хочешь — не хочешь, а нужно подать кофе, вот я и двинула прямо в комнату.
Когда я вошла, сэр Артур преспокойно читал над косточками от отбивных — как будто никакой девицы с ним рядом не стояло. Ну да, будто никакая юная особа не возвышалась над ним, уперев кулаки в бока и изрыгая ругательства, будто вода из крана хлещет! Лет особе было примерно как мне, и одета она была, прямо скажем… ох, не одета она была ни во что, окромя ночной сорочки и мягкого серого халата, наброшенного сверху. Потом я разглядела темные потеки под левой грудью, дальше мой мозг догнал мои глаза, выдал им хорошую плюху, и тут я наконец осознала, что имею счастье лицезреть мистрис Анхарад Комлех из замка Комлех собственной персоной.
Сэр Артур невинно поднял взгляд от книги.
— А вот и кофе! — обрадовался он. — И не имбирным ли пряником тут у нас пахнет?
Мистрис Комлех запустила обе пятерни в волосы и взвыла волком. Я с лязгом грохнула подносом об стол.
Сэр Артур с любопытством воззрился на меня, в очках у него поблескивали огоньки свечей.
— Что случилось? Ты что, крысу увидела? Я только что слышал, как они пищат.
— Нет, сэр Артур, не крысу.
— Какое облегчение! Я, в общем-то, против грызунов ничего не имею, но только не у себя в гостиной, ты согласна?
Мистрис Комлех сделала крайне грубый жест, так что я не выдержала и фыркнула, а сэр Артур довольно сухо поинтересовался, не дурно ли мне.
— Прошу вашего прощения сэр, я, кажется, горшок на плите оставила… — выдавила я и бежала, сопровождаемая развеселым хохотом призрака.
Ну, что я вам скажу, между желанием повстречать призрака и настоящей встречей с ним — дистанция шириною в Северн[7], не меньше. Мам всегда говорила, нет такого потрясения, с которым не поможет справиться чашка крепкого, сладкого чаю. На кухне я налила себе чай, щедро набухала туда сахару и молока и села в качалку миссис Бандо, приводить нервы в порядок.
Не успела я чашку ко рту поднести, как на ларе напротив обнаружился призрак. Сидит себе, обняв колени, положила на них острый подбородок и буравит меня взглядом.
— Добрый вечер, — сказала мистрис Комлех.
Через ее юбку отчетливо виднелись чайные полотенца, которые я как раз разложила на крышке ларя.
— Г-г-г, — сказала я, потом хлебнула чаю и предприняла вторую попытку: — И вам добрый вечер, мисс.
— Ага, — молвила она с торжеством. — Так и знала, что узришь ты меня! А то уже впору чувствовать себя окном — все глядят через тебя насквозь. И это мне, красе четырех графств! Скажи, девушка, будь любезна, какой год нынче на дворе?
Я собралась с силами.
— 1861-й, мисс.
— 1861-й? Вот уж не думала, что так много времени минет. И все ж от собственного потомка можно было ожидать приема и получше, ты не находишь?
Несмотря на манеру выражаться, голос ее звучал печально и, пожалуй, даже чуточку испуганно.
— Не всем дано видеть, мисс, — осторожно сказала я. — Сэр Артур — он хороший человек и очень умный впридачу.
— Слишком умный, чтобы верить в призраков, — огрызнулась она. — И как назло, именно тот из Комлехов за последние две сотни лет, кому бы очень не помешало мне внять.
Я аж выпрямилась в кресле.
— Сокровище Комлехов, да?
— Что ты можешь знать о сокровище Комлехов, девушка?
— Что в легенде было, то и знаю, — примирительно сказала я. — Это же так романтично, мисс: защищать свой дом с дедушкиным мечом в руках!
Мистрис Анхарад рассмеялась, только в смехе ее было вдоволь битого стекла.
— Романтично, вот как? А вот прожить это на собственной шкуре было совсем не романтично.
