— Ну-ну, — сказала я самым успокоительным тоном, на какой только была способна. — Не надо так убиваться. Все это не составит никакого труда для человека, который умеет самое главное — изобретать. Па вам поможет, я в этом уверена. Что до гостей, предоставьте их мне. Я им обеспечу теплый прием.
Улыбка у него была — как слабый солнечный лучик из-за туч. Но какой-никакой, а он меня согрел.
— Спасибо тебе, Тейси. Есть хотя бы один человек, в которого я верю абсолютно.
Ничего себе — сказать такое девице семнадцати лет от роду! Прибираясь на кухне, я трещала мистрис Анхарад о своих планах, пока та не потеряла терпение:
— Ну и тупица же ты, девушка! Блеешь про жаркое и простыни, будто старая овца! Неужто не вопрошала себя ты, кто эти джентльмены и что им понадобилось на валлийских пустошах в разгар лондонского сезона? Да я всю Ломбард-стрит супротив одного апельсина проставлю, что едут они творить какую-то пакость!
— Тем больше причин думать про жаркое и простыни, — отрезала я.
Мистрис Анхарад послала меня куда-то, старомодно и далеко, и на этом исчезла.
У меня, в конце концов, были дела в поважнее какого-то надувшегося привидения. Да сам Геркулес бы не привел замок в порядок к званому ужину за три дня! В общем, я пошла к маме и затребовала помощь.
Родители у меня — форменные гении. Если у Па дар гнуть мертвое железо во всякие полезные штуки, то у Мам — наводить красоту в доме. За Комлех она взялась вплотную и начала с визита к мистеру Томасу в сукновальную лавку и к миссис Уинн — в бакалейную. Обоих она улестила на поставку товаров в замок в обмен на патент о покровительстве — в рамочке, хоть сейчас на стену вешай! — где говорилось, что сэр Артур из замка Комлех ведет дела у них и нигде больше. Затем она вызвала на подмогу всех своих товарок из деревни, которые закатали рукава и, клекоча, накинулись на дом с метлами, швабрами и ведрами. Они жужжали там, как пчелы на лугу, пока все окна не были одеты в добрую валлийскую шерсть, кровати застелены простынями, белоснежными и благоухающими лавандой, столы уставлены цветами, а мебель в гостиной натерта до шелковистого блеска.
В субботу Мам с утра пришла со мной в замок — помогать стряпать и прислуживать гостям.
— Забавные у вас гости, — поделилась она, проводив их в комнаты отдохнуть с дороги. — Глазки крысиные, шеи бычьи, слуг нет, багажа — и того почти нет. Про манеры я уже молчу — ни тебе улыбнуться, ни спасибо сказать, только головой мотнул, как отрезал: мол, не лезь к моим вещам. Не будь они сэр-Артуровы гости, я бы им и тарелки на стол не поставила!
Для Мам это сильно, она не всегда так выражается. Я поняла, что страшно соскучилась за эти дни по мистрис Анхарад, по ее острому языку и всему прочему. Интересно, что бы она сказала про джентльменов, намеренных сегодня ночевать под крышей Комлеха?
И догадайтесь, как я обрадовалась, подняв мамин пореевый суп в гостиную к столу и узрев мистрис Анхарад, парящую над сервантом — растрепанную, в крови, словом, в лучших наших традициях.
Я ей улыбнулась. Она в ответ погрозила мне кулаком.
— Глаза нараспашку, рот на замок, девушка! — распорядилось привидение. — Чую я, тут кто-то гадость замышляет!
Это я вам и сама бы могла сказать — поглядеть только на гостей, лоснящихся, что твои коты перед мышиной норкой, и на сэра Артура, который весь вертелся и суетился — только что не пищал. Двое визитеров были на редкость обширные собой, бороды лопатой, шеи — правда что как у быка, зато зенки маленькие, едва различишь. Третий оказался потоньше и чисто выбритый (более пригожим он от этого, правда, не стал), со ртом, как щель у почтового ящика, и глазами, твердыми, как подшипники.
— Превосходная большая мастерская, сэр Артур, — молвил чистощекий, берясь за ложку. — Но пока что не произвела ровным счетом ничего полезного.
— Про дудку не забудьте, мистер Маршвкойк, — вставил один из громил.
— Не беспокойтесь, не забуду, мистер Браун, — тонко улыбнулся тот.
Сэр Артур нервно поправил вилку на скатерти.
— Все уже почти готово, мистер Маршвкойк. Осталось несколько деталей посредничающей системы…
— По-сред-ни-чающей? — Второй громила услышал смешное слово. — Она, что ли, по средам только фурычить будет?
Тут супница как раз опустела, и я помчалась вниз, за рыбой. Когда я вернулась с печеным хариусом, мистер Маршвкойк и его друзья уже вылизали тарелки подчистую, суп сэра Артура стоял нетронутый, а мистрис Анхарад смотрела волком, чтобы не сказать хуже.
— Мне известно, что в замке Комлех водятся привидения, — говорил мистер Маршвкойк. — Об этом есть целая глава в «Замках и домах с привидениями Великобритании». Проживающий у вас призрак — основная причина, по которой мистер Уитни хочет купить дом. Он весьма охоч до всякого сверхъестественного, наш мистер Уитни из Питтсбурга. Кстати, он утверждает, что некоторые его лучшие друзья — призраки.
— Тогда, боюсь, он будет разочарован, — вставил сэр Артур. — Я вам заплачу сполна.
Мистер Маршвкойк улыбнулся.
