При этом в программе партии основой политики Украины на международной арене провозглашается «украиноцентризм». «Азовцы» стремятся к построению на Украине военной автаркии. Как «украино-центризм» и автаркия могут уживаться с идеями создания межгосударственного объединения — вопрос весьма интересный, особенно принимая во внимание то, что «Национальный корпус» декларирует в своей программе курс на тотальную украинизацию. Даже робкие шаги в этом направлении нынешнего руководства Украины уже вызвали ожесточённое неприятие со стороны Польши, Венгрии, Румынии, Болгарии и Греции. Проблематичным создание «Междуморья» делает то обстоятельство, что польское общество категорически не приемлет героизации УПА, дивизии СС «Галичина», личностей Степана Бандеры и Романа Шухевича, тогда как «азовцы» регулярно участвуют в митингах памяти УПА 14 октября и проводят съезды своей партии в этот день.
Идеологи «азовского движения» повсеместно декларируют, что Украина должна стать центром «Междуморья». Но каковы реальные основания для подобных заявлений? Если по количеству населения и численности вооружённых сил Украина находится приблизительно на одном уровне с Польшей, то по экономическим показателям безнадёжно от неё отстает. После «Евромайдана» Украина стала самой бедной страной Восточной Европы, в то время как Польша в последние десятилетия показывает стабильный и достаточно высокий экономический рост. Согласно Global Wealth Report 2017 от компании Credit Suisse, в пересчёте на процентные ставки наибольший прирост богатства домохозяйств в 2016 году, был зафиксирован именно в Польше[813]. На каком основании «азовцы» полагают, что Украина будет региональным лидером в одном союзе с Польшей — загадка.
Как правило, при её решении допускаются ссылки на особые, выдающиеся качества украинской ментальности, но самооценку поляков тоже сложно назвать заниженной. В этом контексте общественные настроения в этих соседних странах удивительно похожи: и те, и другие склонны считать себя безусловным центром всей восточноевропейской истории, а, порой, и главной теневой силой, активно влиявшей на историю Европы в целом.
Та же концепция «Междуморья» весьма ярко отражает подобные фантазии. На первый взгляд, цель создания подобного блока очевидна, и участники переговоров её не скрывают: противостояние с Россией. Россия воспринимается как главная угроза Западной цивилизации, а «Междуморье», соответственно, становится тем самым щитом, что защитит эту цивилизацию от «варваров». И не только защитит, но и отбросит на восток, в сторону Урала: претензии украинских нацистов на ряд южнорусских территорий известны. Эта тема популярна в Польше ещё с середины XIX века[814]. Сегодня к её разработке подключились и националисты Украины. Но, как выясняется, только противостоянием России цель создания «Междуморья» не ограничивается. Согласно идеологам «Национального корпуса» гипотетический блок задумывается и в качестве правоконсервативного противовеса либеральной Западной Европе. При этом у такого объединения найдутся союзники и за пределами его непосредственных, географических границ. И здесь начинается самое интересное. По мнению украинских ультранационалистических радикалов, союзниками этого объединения якобы должны стать правые Соединённые Штаты под руководством Дональда Трампа и правая Япония, а также «постбрекзитная» Великобритания. При всей эфемерности надежд, связанных с политическим курсом Трампа, представление о том, что Великобритания является (или может являться) одним из главных противников западноевропейского либерализма, особенно восхищает. В рамках такого представления разрыв между реальностью и политическим воображением становится особенно очевиден. Врагом либерализма объявляется страна, которая либерализм изобрела и активно поддерживает его в течение уже нескольких столетий, является оплотом либеральных идей, последовательно их утверждая и законодательно закрепляя. И важнейшую роль в поддержке либерализма сыграла именно консервативная партия Великобритании.
