– Это я-то эксперт? – удивилась Фэй.
– Абсолютнейше, – подтвердил Руди. – А теперь смотри.
Они проехали через Дабл-Бэй, и Фэй полюбовалась по-прежнему блестевшим сбоку заливом, потом мимо Пойнт-Пайпера, а потом еще немного по Нью-Сауз-Хэд-роуд, и наконец Руди свернул на какую-то боковую улицу. Автомобиль остановился перед довоенным многоквартирным зданием.
– Ну вот, – сказал Руди.
Они вошли в дом, и Руди повел Фэй на верхний – третий – этаж. Вытащил ключ, отпер, и они вдвоем переступили через порог.
Квартира была совершенно пуста, если не считать обоев и газовой плиты – старой, с изображением кукабарры на дверце духовки.
– Она стала для меня решающим фактором. – Руди показал на кукабарру.
– Ой, у нас дома точно такая же была!
– Видишь! Разве я не говорил, что ты эксперт? Иди осмотри остальное.
В квартире были гостиная, из которой открывался вид на море, и две крохотные спаленки. Ванная комната была выложена плиткой – зеленой и с разводами. Руди с Фэй вернулись в гостиную и остановились у окна.
– Видишь? – сказал Руди. – Отсюда мы сможем смотреть, как взлетают и приземляются гидросамолеты.
Сердце у Фэй застучало чаще. «Мы»?
– Да, – только и ответила она. – Очень мило.
Она не смела спросить, дорогая ли квартира, да и вообще ничего спрашивать не смела.
– И до «Винтергардена»[57] рукой подать! – продолжал Руди. – Не говоря обо всем остальном. Как на твой взгляд?
– На мой взгляд, очень мило, – сказала Фэй. – Но вообще-то квартира должна нравиться тебе – ты же тут жить будешь. Ты-то сам что думаешь?
– Ну, я думаю… слушай, выйдешь за меня замуж?
– Что-что?
Фэй не верила собственным ушам.
«Ну и балбес же я», – думал Руди. Вообще-то он не собирался задавать этот вопрос таким образом – само собой с языка слетело раньше времени.
– Прости, – сказал он. – Я тебя напугал. Да я и сам себя напугал. Дай начать заново – ха! – с самого начала. Я тебя люблю, я тебя обожаю, ты прелесть что такое, рядом с тобой я счастлив, я хочу, чтобы мы поженились как можно скорее, если ты только согласишься, пожалуйста, скажи «да» или «нет», но думай, сколько понадобится: я дам тебе как минимум пять минут. Оставить тебя одну, пока ты думаешь?
– Нет-нет, не оставляй. Ответ – да.
– Слава богу! – вскричал Руди. – Мы будем очень богаты и заведем уйму детей, по меньшей мере четырех, тебе как, ничего?
– Да, да, конечно, – согласилась Фэй. – Я люблю детей. И деньги тоже лишними не бывают.
– Чудесно, – сказал Руди и взял ее за руки. – А теперь…
Они уже целовались несколько раз, но, правду сказать, очень благопристойно и осмотрительно, и близко не подбираясь к границам необузданной страсти. Теперь же их поцелуй недвусмысленно намекал, что дни благопристойности и осмотрительности прошли безвозвратно, и так оно и было.
Штефан вошел в ванную комнату, где Магда мыла голову.
– Руди звонил, – сказал он.
– Да?
– Просил одолжить ему пятьдесят фунтов.
– Зачем? – Магда изумилась не на шутку.
– Да так, – небрежно ответил Штефан, – хочет купить кольцо с бриллиантом. Или с сапфиром.
Магда выпрямилась, волосы у нее были все в пене.
– Ты о чем? – спросила она. – Он решил податься в ювелирное дело?
– Не думаю, хотя в свой срок может и до этого дойти. Нет, в данный момент он хочет всего-навсего купить обручальное кольцо для Фэй.
– Что-о? – вскричала Магда. – Обручальное кольцо? Для Фэй? О чем он думает?
– Он не думает, – объяснил Штефан. – Он действует. Они с Фэй собираются пожениться.
– Неслыханно, – сказала Магда. – Дай голову сполосну.
Она домыла волосы и обернула голову полотенцем.
– Налей мне виски.
Они перебрались в гостиную, налили себе выпить и сели. Солнце как раз начало опускаться, шел шестой час.
– Полагаю, ты ответил, что одолжишь ему денег, – сказала Магда.
– Само собой. Как я мог встать у него на пути? Фэй – славная и здоровая австралийская девушка.
– Именно что. Совершенно неслыханная история. Как они смогут быть счастливы вместе? У них же нет ничего общего.
– Как будто это когда-либо было залогом счастливого брака, – возразил Штефан. – Ты рассуждаешь почти как какой-нибудь женский журнал. Суть в том, что сейчас они счастливы. Это единственное возможное начало. Середина и конец как-нибудь сами о себе позаботятся, как всегда и бывает. Или не позаботятся, что тоже совершенно не исключено.
Магда немного подумала.
– По крайней мере, он не морочил ей голову, – решила она. – По крайней мере, не разбил ей сердце, а я боялась. Хотя, конечно, еще вполне может разбить в будущем.
– Да ладно тебе, – сказал Штефан. – Я верю, что для этого он слишком горд. Вот увидишь, он будет очень добропорядочным мужем. Они оба хотят много детей, так что им будет чем заняться. Вот что у них есть общего. Вот увидишь, этого окажется более чем достаточно.
Магда обдумала его слова.
– Пожалуй, что так. Ну ладно, какого черта! Если только меня ни в чем винить не станут.
