– Я тебе ещё один сюрприз приготовил, – радостно говорил Комаровский, готовый в эту минуту отдать всё, что имел, – я составлю на твоё имя страховой полис на 500 000 франков и завещаю тебе всё движимое и недвижимое имущество, ты только не бросай меня.
– Я вернусь, как только решу окончательно с разводом, – успокоила его Тарновская.
В тот же вечер Мария с Донатом укатили в Вену кутить и развлекаться.
Сидя в ресторане, откушав любимого абсента, Мария Николаевна рассеянно слушала Прилукова, запивая его убийственные речи шампанским. Сам Донат Дмитриевич, сколько бы ни пил, сохранял ясный ум. Никто вокруг не представлял себе, что мужчина и женщина, по виду принадлежавшие к высшему обществу, обсуждают стоящую перед ними задачу – убийство человека.
– Смотри, Мария, одна из возможностей – убить его отравленным кинжалом на какой-нибудь узкой венецианской улице, которых много в самом центре города.
– Это опасно, Донат, Комаровский – боевой офицер, у него хорошая реакция, очутившись в таком месте, он будет настороже и просто так не дастся.
– Это правильно. Есть ещё один вариант – отравить его стрихнином, крысиным ядом.
– Ты говорил, что этот яд имеет весьма сильный горький запах и в любой пище будет заметен. Скрыть его не получится…
– Можно подмешать в табак, там трудно уловить запах. Несколько раз вдохнул дым, и всё, смерть со страшными конвульсиями и спазмами.
Мария Николаевна покачала головой, так и не поверив в реальность этих планов, и задумалась. Видимо, в её прекрасной головке зрело нечто иное.
Буквально через день Тарновская получает письмо от Павла:
«Любимая моя!
Только вчера расстался с тобой, но уже невообразимо скучаю. Клянусь тебе, что не только Трубецкой готов пожертвовать собой. Я ради тебя пойду на всё, верь мне, как я верю тебе.
Что касается моего обещания страховки, то всё будет сделано, я держу своё слово. Веду переговоры со страховым обществом «Мутуал Лиекс», если сегодня вопрос не решится, обращусь в общество «Нью-Йорк», если и с ним не получится, есть и другие. Я прошу тебя подождать, потому что хочу, чтобы ты получила больше. Верь, моя любимая, что я всё для тебя сделаю. Ты только люби меня, и сбудутся твои мечты».
Навсегда твой Комарильчик.
P. S. Прежде чем ты успеешь добраться до России, я сделаю для тебя три вещи: заверю завещание, закончу со страховкой и, самое главное, смету все препятствия для того, чтобы мы наконец смогли обвенчаться и зажить в нашем гнёздышке, в нашем палаццо.
О, как я тебя люблю, малышка моя!
Граф метался по Венеции в поисках страховой компании, которая согласилась бы оформить страховку, уже две компании отказались, желание Комаровского показалось им подозрительным. Но, в конце концов, он нашёл страховое общество «Анкор», которое согласилось выписать ему полис.
В Вену полетело сообщение:
«Любимая, приезжай, тебя ждёт сюрприз!»
Мария приехала в Венецию, и 9 августа 1907 года жених и невеста отправились в российское консульство. Здесь консул в их присутствии заверил завещание и страховой полис.
Вечером они отмечали это событие в ресторане.
– Павлуша, – тронула Тарновская за рукав графа, – я внимательно изучила договор и хотела бы добавить к нему один небольшой пункт.
– Всё, что желаешь, дорогая!
– Вот я хочу сказать – все мы люди, и с нами всякое может случиться. Упаси бог, с тобой что-то произойдёт, и я не смогу получить страховую сумму. Представляешь?
– Нет, не представляю. Что со мной может случиться? – Комаровский, слегка склонив голову, смотрел на возлюбленную. – Я и на войне живой остался, а в мирное время и тем более…
– Конечно, я очень хочу, чтобы все мы были здоровы, но вдруг какая-то неизвестная болезнь прицепится, когда мы с тобой поедем в свадебное путешествие в Африку, или на нас нападут чёрные разбойники. Или корабль утонет в океане. Или поезд сойдёт с рельсов. Или террорист будет покушаться на кого-то из правительства, а ты, как приглашённый, будешь рядом, и бомба взорвётся прямо перед тобой.
– Что ты такое говоришь, Мариша? Я не собираюсь умирать и не хочу, чтобы с тобой случилось нечто подобное.