Боярин расплакался и, обняв пару, еле слышно прошептал им:
– Я всегда прислушиваюсь к своим девочкам и уже икону приготовил для благословения. Поедемте скорее домой…
Царь, получив радостную весть о чудесном спасении сына, велел немедля отпустить на волю из зверинцев всех диких зверей и устроить для всех подданных шумное торжество. Всем было велено немедля отправиться в столицу, чтобы предстать перед очами государя.
Звездочёту Арсению за спасение наследника пожаловали титул боярина. Василия Андреевича посадили в Боярской думе рядом с царём. А по зиме, не откладывая в долгий ящик, сразу после рождественского поста, в Москве сыграли шумную свадьбу царевича Фёдора и Несмеяны, на которой весело отплясывала половина столицы и бессчётное множество гостей со всех окраин страны.
А по весне, когда вешние воды прогнали льды с матушки Оки, а снега напоили землю, то сразу после Великого поста под венец пошли Арсений и Любимка. А осенью супруги по царскому повеленью отправились в далёкую Голландию – постигать движение в небесах таинственных звёзд и планет. Вот так Сенька угодил в лучший тамошний университет. Даже Рыжику надели на шею золотую цепь и повелели гулять по всему царству и смотреть, чтобы люди животных почём зря не обижали, а зверьё по лесам и полям без надобности не стреляли, а коли пёс приметит, где какой творится непорядок, так сразу следовало жаловаться воеводам и старостам.
Говорят, после заграничной поездки Сенька и Любимка прожили в мире и ладу всю жизнь в Пирогове, родили и воспитали троих сыновей и трёх дочерей. А в тех самых палатах каменных устроили они астрономическую школу для будущих мореходов. Василий Андреевич ещё много лет воспитывал внуков то в Пирогове, то в Москве, помогая Несмеяне.
А несчастная Красава в сердцах, со злости сожгла в печке все свои наряды вместе с сундуками. А затем всю оставшуюся жизнь горевала да тужила, что, не любя, водила за нос царевича, да, видно, потому отвергала прямо с порога новых ухажёров и сватов, и после смерти отца ушла в монастырь.
И совсем запамятовал: чародея и бывшую графиню по царскому указу схватили, судили и по приговору суда выслали в кандалах куда-то на одинокий остров в Студёном море, навечно, чтобы честным людям жить не мешали…
Немало лет в наших краях надёжные люди по секрету сказывают одну байку иль, может, небылицу из далёкой колхозной поры, как в одной деревне дальней волости, в соседском районе, муж с женой по весне в огороде прямо на навозной куче поставили пугало. Так и стояло страшило с опилками в голове, намалёванными глазами на мир зырило, ухмылялось да лохмотьями птиц пугало. Да вот напасть-то какая выдалась: аккурат после майской грозы проросла та палка с тряпичной башкой и, будто живая, давай хозяевам громкие советы давать, мол, кому куда им идти да что делать. Бывало, вопит на весь овощник:
– Иван, иди поливай грядки! А ты, Марья, не стой столбом, шла бы лучше корову доить…
Сперва мужик-то, услышав пугало, со страха обмочил штаны, а опосля бросился со всех ног в сельсовет! Товарищи, такие да разэтакие, так и так, мол, на моей усадьбе имеется настоящая диковина – говорящее страшило, примите меры – или я его в цирк пристрою за хорошие деньги, пускай городских ротозеев веселит день и ночь. А ему в ответ: мол, иди-ка лучше проспись, деревенщина, разве не знаешь, что советская власть воспретила необъяснимые диковины как проявление чуждого трудящемуся человеку мракобесия.
Кинулся тогда мужик в библиотеку, интересуется: а есть ли какие книжки про говорящих страшил? Как ему с ними обходиться-то, обращаться на «ты» или на «вы»? Но все полки с библиотекарем оглядели, листами пошуршали – ничего не нашли.
Зашёл Иван и в школу, но учитель только плечами пожал и молвил тихо, чтобы ребятня не услышала:
– Гражданин, зарубите себе на носу: все чудеса и диковины антинаучны и советскими властями запрещены.
А тем временем на то чудо гороховое, почитай, собралась поглазеть вся деревня. Подивились сельчане уму-разуму выродка, ведь на все вопросы складно отвечает, как будто всё обо всём знает. Спрашивают его:
– Будет ли в этом году хороший урожай?
– Непременно, – отвечает огородное чучело.
– А пойдут ли дожди?
– Прольются.
– А грибы и ягоды уродятся в энто лето?
– Беспременно.
Приволокли сердобольные соседи для пугала кой-какой одёжки: старую фуражку без козырька да дырявую гимнастёрку. Переодели, вышел прямо гороховый герой, любо-дорого посмотреть. А вскоре под барабанную дробь, поднимая пыль, притопал отряд пионеров, и повязали страшиле красный галстук и гаркнули на весь огород:
– Будь готов!
– Всегда готов, на всё согласен! – отозвалось радостное пугало.
А пионеры юные давай речёвки читать:
А страшила вторит им в лад: