Под Белёвом, сказывают знающие люди, в одном здешнем сельце на берегу Оки, и приключилась эта история. У одного зажиточного пасечника с женой вырос единственный сын. Надумали они его женить, приглядели невесту у себя в округе, как говорится – выбирай жену не глазами, а ушами. Через неделю после Пасхи, прямо на Красную горку, сыграли свадьбу. Всё сделали чин по чину: веником мели дорогу, из ружья стреляли, после благословения гостей щедро попотчевали.
Вскоре уложили молодых спать в отдельном чулане. Вдруг кто-то стучит в дверь, жених спросил:
– Кто там?
Откликается лучший друг:
– Выйди, поговорить надо.
Повернулся молодой к невесте и спрашивает:
– Выйти мне али нет?
– Говорить недолго, сходи, одно слово дать, другое взять.
Слез он с кровати, отворил дверь и вышел в сени.
Поутру приходят родные и гости будить молодых, а молодая спит одна. Спрашивают:
– Где же у тебя молодой?
– С вечера увёл его лучший друг.
– А куда?
– Кто ж знает.
Пошли родные и гости к дружку. Да там нет его, а приятель божится, что проспал всю ночь дома. Кинулись искать по селу, все избы, сараи и бани оглядели, да всё напрасно, нет нигде молодого. Так три года разыскивали, всех расспрашивали, в полицию сообщили, да всё без толку – пропал парень с концами. Может статься, убёг куда, а может, кто и прибил за какие-то делишки, кто ж знает, издавна ведомо, что чужая душа – потёмки.
А молодая – то ли жена, то ли невеста – так и живёт у чужих родителей.
Зимой, аккурат после Рождества, постучался в избу озябший богомолец, попросил хлебушка и переночевать: больно морозы стояли крепкие. Пустили хозяева в дом странника, накормили и напоили. Про новости его порасспросили, выведали, что в соседних деревеньках делается и в самом Белёве, а после путник спрашивает свёкра, показывая на молодуху:
– Хозяин, дочь она тебе али невестка?
– Да чужая она мне, а по закону – невестка. Был сын у меня, да сразу после свадьбы пропал, три года уж, почитай, миновало. Вот только нынче поминали его.
А гость странно глянул на хозяев и говорит:
– Живых поминать не надобно, а нужно их поискать.
Проговорил, помолился и спать лёг. А хозяева всю ночь маялись, а поутру угостили богомольца и в дорогу ему харчей собрали да всё умоляли со слезами на глазах поведать, где сын их находится: скажи, мол, мил человек, хоть в какой стороне искать-то.
А гость напоследок сделал им такой наказ:
– В десяти вёрстах отсюда в сторону Белёва, подле Оки, есть, как говорят, бездонное озеро-старица, рыбы там видимо-невидимо, хоть пруд пруди. Иди, хозяин, туда, увидишь на берегу брошенную до весны рыбацкую избушку с печкой. Так ты дров напили, наруби и протопи печь. А после залезай в устье и только заслонкой прикройся. После увидишь своего сынка и выведаешь, в чём дело. Токмо не запамятуй: прихвати с собой хлеба да гостинцев.
Ушёл странный гость и дверью хлопнул, а хозяин стал собираться в дорогу.
На следующий день пришёл отец к той избе, что на берегу озера, напилил-наколол дров и печь истопил, а после залез в устье и заслонкой прикрылся, но не до конца, маленькую щель оставил, чтобы подсматривать.
Немного погодя приходит в избу сын, на голове несёт узел с разными кушаньями, кладёт на стол кружевную скатерть, на неё выкладывает закуски и всякую снедь, графины, ложки, вилки, ножи, тарелки и рюмки. Следом приходят два парня молодых с запутанными волосами. У одного гусли в руках, у второго – гармонь тульская. Три разочка они сплясали, три раза протанцевали, сели за стол, три раза выпили-закусили и, стуча каблуками, обратно ушли. Остался в избе один сын и стал убирать закуски и приборы.
Тут отец вылез из печки и с сынком поздоровался:
– Здорово, дитятко, пойдём домой.
Обрадовался папаше парень и отвечает:
– Я не по своей воле живу у белёвского водяного, мне домой идти нельзя, пока он меня сам не отпустит. Если хочешь, пойдём со мной.
Отец пожелал с ним идти. Вышли они на улицу и пошли к озеру. Подходят к большой проруби, сын показывает: мол, надо нырять, – и ушёл под воду. А отец помялся-помялся, да так и не посмел уйти под лёд. Пошёл он обратно домой. Расспросили его дома, он всё поведал, обо всём рассказал.
На другой день пришла мать к избушке рыбаков, что на берегу старицы, напилила-наколола дров и печь истопила, а после залезла в устье и заслонкой прикрылась, но не до конца, маленькую щель оставила, чтобы подсматривать.
Немного погодя является в избу сын, на голове несёт узел с разными кушаньями, кладёт на стол кружевную скатерть, на неё выкладывает закуски и всякую снедь, графины, ложки, вилки, ножи, тарелки и рюмки. Следом приходят два парня молодых с запутанными волосами. У одного гусли в руках, у второго – гармонь тульская. Три разочка они сплясали, три раза протанцевали, сели за стол, три раза выпили-закусили и, стуча каблуками, обратно ушли. Остался в избе один сын и стал убирать закуски и приборы.
Матушка из печки долой и с сынком здоровается, обнимается:
– Дитятко моё, пойдём домой.
Обрадовался матери сын и отвечает: