— Как Эбана может оказать в таком месте? Он ранее никогда не был в Сака. Что он понимает в некрополях?
— Ты сожгла семя Иштар, дабы задать мне вопросы? Я отвечаю тебе, но ты споришь со мной.
— Значит, мы с ним оказались здесь не просто так?
Инпут продолжил:
— Нынешняя ночь сделает твоего Эбану иным человеком и его глаза будут открыты…
Атла проснулась в холодном поту. Откровения сна ей совсем не понравились.
«Некто пытается сделать большую глупость, — подумала она. — Скорее сего это будет сделано по недоразумению. И я должна этому помешать!»
Атла слышала, что Эбана с корабля ушел. Гиксовский воин забрал его с собой. Она получила шанс говорить с Нектанебом. Египетские воины, что её охраняли, покинули свой пост. Чего стоять под дверями каюты, если она на замке, а ключи есть только у Эбаны и Сары. Но как раз их двоих на корабле не было.
Воины и моряки, собравшись на палубе, с тревогой смотрели в сторону порта.
— Они забрали Эбану и кто знает, чем кончится его разговор с гиксами — высказался один из солдат.
— С ним Сара, — сказал второй.
— И что с того? — один из пиратов посмотрел на солдата.
— Она дочь Якубхера. А гиксы ценили его.
— Это пока он был жив. Но теперь он ушел в страну теней.
Нектанеб воспользовался случаем и незаметно спустился вниз и нашел каюту Атлы.
— Нектанеб? — спросила она через двери.
— Это я. Я слышал твой призыв.
— Ты должен сломать замок.
— Я?
— А разве у двери есть еще кто-то?
— Что ты задумала?
— Мне нужно покинуть корабль.
— Но как ты это сделаешь?
— Просто. Ты сломаешь замок и дашь мне твою накидку.
— И ты сойдешь за меня? — он засмеялся. — Наши фигуры сильно отличаются, Атла.
— Нет времени спорить. Делай, что говорю.
— Атла, я не могу отпустить тебя.
— Ты должен это сделать.
— Должен? Я ничего тебе не должен.
— Нектанеб! Вытащи свой кинжал и сломай замок!
— Но зачем тебе уходить именно сейчас. Сиди взаперти. Твоей жизни ничего не угрожает.
— Ты не понимаешь. Уйти мне нужно сейчас!
Но пират не стал этого делать.
— Отпустить тебя я не смогу. Подозрение сразу падет на меня. А это не понравится не только Эбане и Харати, но и моим пиратам.
— Я сумею тебя защитить.
— Ты? — пират засмеялся. — Пока ты не способна защитить даже себя, Атла. Ты сидишь под замком. Используй свою силу и покинь каюту.
— Ты ничего не понимаешь, пират. Помоги мне, и я не забуду твоей услуги.
— У тебя нет власти надо мной, финикиянка…
Город мертвых нома Черная собака.
Некрополь в номе Черная собака давно стал проклятым местом. Здесь хоронили знатных и богатых покойников, оставляли им приношения и убирались прочь. Живым не было места в городе мертвых после того, как божественный Ра скрывал свой лик и начиналась ночь. Даже вездесущие и ничего не боящиеся грабители гробниц не часто рисковали тревожить покой умерших, что спали под знаком Инпута. Говорили, что там видели человека с головой пса. И он без всякой жалости уничтожал осквернителей.
Эбана перебрался на западную сторону, оставил лодку и, пошел к видневшейся в свете луны гробнице предшественника нынешнего номарха. Там начиналась выложенная камнем дорога, что вела к самой древней гробнице города мертвых. Никто уже толком не знал, кто там погребен, но старики говорили, что этому захоронению больше 400 лет.
Луна ярко осветила дорожку, и камни засверкали подобно серебру под ногами воина.
«Я, наверное, сошел с ума, когда согласился, пойти сюда никому ничего не сказав, — думал Эбана. — А место жуткое, хоть я и не верю, что смогу встретить самого бога Инпута. Но здесь могут обитать разбойники. Хотя не мог же я отказать князю в его просьбе, а дружба Мехреса нужна мне для выполнения задания фараона Яхмоса».
Он прошел до конца дороги и увидел полуразрушенный вход в старую гробницу. Лунный луч упал на ступени, идущие вниз, словно указал Эбане путь. Воин, осторожно ступая между камней, пошел вниз.
Внизу открылся еще один проход внутрь гробницы. Там царила тьма. Эбана остановился перед входом в неизвестность. Ему казалось, что перед ним бездна, из которой тянуло холодом
«Войди!» — прошептал странный голос.
Воин молча повиновался…
Заклинатель увидел человека в темной накидке и сказал:
— Он пришел! Он стоит у входа, и теперь я смогу произнести магическую формулу!
Он вытянул руки вперед и стал говорить:
— Двери грозного Инпута отворит владыка смерти!
Это выход из Дуата для души лишенной места!
Вот пустой сосуд, готовый высечь снова искру жизни!
Тело дернулось, его глаза открылись и загорелись, словно глаза безумца. Но затем они снова закрылись.
Заклинатель продолжил:
— Это выход из Дуата для души лишенной места!
Вот пустой сосуд готовый высечь снова искру жизни!
Так войди душа Атефа,
Предсказание исполни в этот час под оком Яха,
Все свершится волей Птаха!
И иных богов Кемета,
Что судьбе Хатор подвластны!
После этих слов заклинатель в изнеможении опустился на пол. Заклинание требовало много сил от того, кто произносил его. По лицу заклинателя катил пот и заливал глаза.
Тело в темной накидке стояло неподвижно.
