— После того, как ты поможешь мне и моим людям захватить Сака. И чем быстрее ты сделаешь это, тем быстрее корабль увезет тебя обратно!
— Ты меня отпустишь в Фивы?
— Да. Ты согласна помочь?
— Ты меня отпустишь в Фивы после твоей победы в Сака?
— Отпущу.
— Тогда не будем терять времени. Подай мне курительницу для благовоний…
На этот раз (так действовало зелье Иштар) он видел Атлу в образе красавицы ливийской крови. Она изменилась внешне и всякий, кто не знал финикиянку, мог подумать, что перед ним не она. Но это была Атла. Кто как не Эбана мог знать это.
— Иди ко мне, Эбана. Почему ты стоишь в стороне? — красавица протянула к нему руки.
— Могу ли я мешать тебе сейчас?
— Этот час принадлежит тебе. «Тысяча грез» снов распахнула двери наслаждения для тебя, Эбана.
Он шагнул к ней. И она обвила его шею руками.
— Это нам не помешает, — горячо прошептала она.
— Ты исполнишь мою просьбу?
— Да, но сейчас ты должен взять меня. Неужели тебе этого не хочется, Эбана? Неужели Тот, кто видит способен противиться чарам Атлы?
— Ты прекрасна, Атла и я не хочу тебе противиться. Мое желание быть с тобой.
— А как же Сара? — спросила финикиянка.
— Сейчас существует только одна Атла.
Жрица Иштар сумела подарить египтянину несколько мгновений счастья. Ей это было нужно совсем не затем, чтобы доказать свою силу. Нет! В этот раз она хотела заглушить в Эбане силу Того, кто видит впереди. И скоро дар Атефа будет подавлен прежним Эбаной. Надолго ли? Этого Атла не знала…
На палубе Эбана позвал Харати:
— Харати! Готовь наших людей.
— Готовить?
— Пусть вооружатся. Следующей ночью мы высадимся в порту.
— Вооружать всех?
— Все понадобятся. И пираты Нектанеба тоже. На корабле оставить лишь охрану. Не больше пяти воинов.
— Но кто даст нам высадиться в порту? Ты достал разрешение наместника?
— Нет. Сейчас в порту не больше сотни гиксовских солдат. Остальные в казармах у дворца князя.
— Но они в короткое время могут добраться сюда и занять порт!
— Ночью они уйдут из города через Южные ворота. Ты высадишься в порту и захватишь его.
— Но что дальше? Что даст нам захват порта?
— Если ты захватишь порт, то город Сака станет нашим.
— А солдаты наместника Мехреса?
— За них не беспокойся. Это моя забота.
— Что ты задумал?
— Я забираю Атлу, и мы вместе отправляемся в город. Во дворец наместника.
— Но ты не объяснил…
— Харати! Выполни мой приказ. Главное, чтобы порт к утру завтрашнего дня был в наших руках.
— Это будет выполнено, Эбана…
Сара вернулась на финикийский корабль. Её встретил Харати и помог подняться.
— Ты вернулась, красавица? Вот не ждал от тебя этого.
— А чего ты ждал? Что я останусь с гиксами?
— Они твой народ по крови.
— Где Эбана? Он вернулся?
— Сейчас его снова нет на судне.
— А где он?
— Отбыл по делам.
— Мне нужно говорить с ним. Куда он направился?
— Этого я знать не могу. Он мой командир, а не я его. Подожди его здесь. Ты можешь выспаться у себя в каюте. Никто беспокоить тебя не станет.
— Я не желаю отдыхать, Харати. Мне нужно говорить с Эбаной. И ты можешь к нам присоединиться. Предложение касаемо и тебя.
— Предложение? От кого?
— От меня.
— Но за твоей спиной стоит гиксовский военачальник? И потому ты вернулась?
— Я вернулась, чтобы помочь Эбане. Идем в каюту. Я все тебе расскажу. А затем ты сам станешь искать своего командира.
Гигант был заинтересован словами Сары и пошел за ней в каюту.
— Что случилось? Эбане грозит беда?
— Пока нет. Но в скором времени это может произойти.
— И что ему грозит?
— Он не должен подходить к финикиянке!
— Снова ты про финикиянку! Эбана мужчина и у него может быть много женщин. Много их было у меня. И я никогда не стану принадлежать одной женщине. Боги создали женщин для ублажения мужчин. Отчего ты не желаешь этого принять?
Сара ответила:
— Ты владел шлюхами, Харати. Как и большинство здешних пиратов и наемников. Что ты понимаешь кроме грубой животной похоти?
Гигант засмеялся:
— Что же еще может дать женщина? Чем шлюха отличается от царицы? Я видел и знатных женщин во время войны. И что? Они точно такие же, как и шлюхи. Скажу тебе правду — шлюхи даже лучше! Вот Атла — жрица Иштар. В их храме все женщины раз в год отдаются всем, кто хорошо заплатит. Это они делают, служа своей богине! И как делают! Потому финикиянки такие желанные. Вот твой отец разве не любил разных женщин? Вспомни про него!
— Тебе не понять силы настоящей любви, Харати. Зачем нам говорить про это. Мне нужно чтобы Эбана не прикасался к финикиянке!
— Поздно, — хохотнул Харати.
— Что это значит? — встревожилась Сара.
— Эбана после своего возвращения посетил каюту финикиянки. Думаю, что они не только разговоры разговаривали.
— Я кое-что узнала про финикиянку.
— И что же?
— Рененет, — сказала Сара.
— Что ты сказала?
— Ты слышал имя Рененет?
— А кто она? — Харати не встречал такой женщины.
— Египтяне верят, что она богиня, владеющая заклятием «тысячи змей».
— А нам кое дело до этой Рененет?
— Твой друг в опасности.
— Неужели его ужалит тысяча змей? — пошутил Харати.
— Ты находишь это смешным?
