Атла пронзила иглой плечо крепко спящего номарха Себекхотепа. Показалась алая струйка. Жрица подставила руки и в её ладонях стала накапливаться кровь.
— Кровью смою я проклятье, снова стану молодою.
Пусть видения прикроют лик старухи до заката.
Пусть все видят то, что было!
Она стала втирать кровь в кожу своих щек, мазала нос, лоб и шею. Струйки текли за золотой ворот каласириса, и драгоценное ожерелье было испачкано.
«Кровавая маска» сделала свое дело. Она быстро впиталась и на теле и одежде Атлы больше никто не увидит ни одной красной капли. Проклятие не коснется её до следующего заката.
«Этот толстяк такой полнокровный. Он помолодел со мной и станет приглашать меня на свое ложе. После утех я стану пользоваться его кровью. Но великий жрец бога Себека может все испортить! Госпожа наверняка перетянула его на свою сторону! Она это умеет! К закату он должен умереть! И тогда никто не сможет отнять мою молодость. Мне нужно выиграть время!»
Атла прикоснулась рукой к плечу спящего толстяка. Тот сразу открыл глаза.
— Я уснул? Я погрузился в сон рядом с такой красавицей?
— Ты сделал это, ибо тебе необходимо подкрепить свои силы. Как любому мужчине. А ты показал себя на этом поле достойно!
— Это ты покорила меня навсегда, Атла! Я понимаю принца Тети, что хотел сделать тебя царицей! И я готов дать тебе всё. Ты будешь царицей в моём царстве.
— Но разве князь уже стал царем? — спросила Атла.
— Пока я только князь-номарх Крокодилополя. Но этот город главный в провинции Фаюм. И я стану царем. Великий гик в Аваре нуждается в союзниках в центральном Египте. Ему нужен мой ном, и он подарит мне корону. Я буду владыкой Фаюмского оазиса.
— Тети также считал, что будет царем. И где теперь принц Тети? А он был сыном царя!
— Ты не понимаешь, Атла. Время гиксов прошло. Они сейчас делают всё, чтобы оставить за собой Нижний Египет. Они боятся грозной растущей мощи фиванского царя. И потому я буду царем.
— Если сумеешь удержать свой ном.
— Ты о чём? — спросил Себекхотеп.
— Фараон Яхмос знает о значении Фаюма, и он придет сюда.
— Пусть приходит! — хвастливо заявил номарх. — Я готов дать ему отпор! Это приблизит меня к короне!
— Я вижу твое желание быть владыкой, князь. И мне это нравится. Но у тебя есть враги.
— У кого их нет, красавица?
— Но я говорю о врагах, что стоят рядом с тобой. Они наиболее опасны.
— Назови хоть одного достойного врага, Атла!
Атла назвала:
— Великий жрец Себека.
— Великий жрец? — удивился номарх.
— Разве ты не видишь, что именно он твой враг?
— Культ Крокодила Солнца — первый культ нашего города уже много веков. Великий жрец Себека не может быть врагом Крокодилополя.
— Я и не сказала, что он враг Крокодилополя. Я сказала, что он твой враг.
— Но великий жрец не может быть моим врагом, Атла!
— Я просила тебя убрать всю команду с корабля вместе с Эбаной. Но ты, как оказалось, убрал одного Эбану.
— И что? Ты сказала, что он главный.
— Но отчего ты не убрал их всех? Это был совет жреца Крокодила?
— Ты не понимаешь, Атла, что за место лабиринт. Я не могу бросить в его недра столько людей, тем более что они ничего не сделали для такой страшной участи.
— Если бы ты выполнил мою просьбу, то не рисковал бы так сильно.
— Рисковал? — не понял красавицу Себекхотеп.
— Эти сто воинов принесут много беспокойства в твой ном. Конечно, с ними нет Эбаны, но и без него они на многое способны. Посмотри в окно, князь. Посмотри в строну нижнего города. Ты видишь там сотни огней?
Себекхотеп соскочил с ложа и подошел к большому окну. С высоты Большого дворца он мог обозревать нижний город. Князь сразу понял, что в кварталах населённых беднотой что-то неладно. Множество огней двигались в разные стороны, и могло показаться, что начинается большой пожар.
— Что там такое?
— Это люди Эбаны поднимают бедноту на восстание против тебя, номарх.
— Восстание?
— К городу идут корабли фараона Яхмоса!
— Флот?
— Флот египтян, князь. На борту кораблей лучники и копейщики!
— И сколько кораблей?
— Около пятидесяти!
— Так много? — номарх испугался. — Они могут высадить на моей земле почти тысячу воинов! Нужно поднимать воеводу Шалика! Но погоди! Атла! Откуда тебе это известно?
— Ты забыл кто я? Я жрица Иштар!
— Но разве жрица может знать, когда выступит флот египтян? Ты …
— Если бы я сейчас служила Яхмосу, стала бы я тебя будить и предупреждать?
— Ты права. А вот жрец Крокодила Кемес отказался отправить этих парней в лабиринт. Не были ли они заодно? И если Кемес предал меня… Его не защитит даже Крокодил Солнца!
— Призови его во дворец, князь. И дай мне остаться с ним наедине.
— Зачем? Я прикажу верным воинам тайно умертвить его.
— Нет! Сама хочу сделать это!
— Ты? Ты желаешь убить великого жреца?
— Я должна сделать это. Именно я должна покарать предателя! Неужели ты не в состоянии этого обеспечить?
— Просто меня удивило твое желание самой казнить жреца. Это не дело для женщины.
— Это дело для жрицы богини Иштар.
Дом Крокодила.
Крокодилополь.
Главные ворота.
